Бей первым

чтобы всё это увезти. Я велел ей купить припасов на два месяца вперёд, вот она этим и занималась. Марфа также уговорила прикупить живность, так что купили двух коз, с три десятка кур с петухом, двух подсвинков, десяток гусей и шесть овец. Мол, они с уходом справятся. Дальше продовольствие закупала без меня, а мы с Митрофаном прошли на другие ряды, топор взяли, колун, вилы, пять деревянных вёдер, подобие лейки, шесть бочонков разных размеров для хранения всякой всячины, пару лопат и заступов, мотыгу, обитую по краю металлом, два корыта для мытья одежды, ребристую доску, ещё одно корыто для посуды. Утварь докупала Марфа. Потом приобретали мягкую рухлядь, включая занавески на окна. Я ещё заказал пять возов сена и три воза поленьев. Тут же нанял двух женщин, что портным делом занимались, на месяц нанял, их задача – обшить дом. Занавески, постельное бельё, ну и, конечно же, одежда. Описал, какую форму я хочу видеть у ветеранов, а она одинаковой должна быть, и какую одежду у слуг, кипы материала и тканей с нитками тоже закупили, скоро начнут работать, Марфа проследит. До обеда всем этим занимались, а потом принимали грузы на подворье и отправляли на склады, или на ледник, нам туда приобретённых свежих копчёностей завезли. Про себя я тоже не забыл, прибрёл немало инструментов для кузни, включая кожаные меха, другие разные инструменты, и решил, что на сегодня пока хватит. А меха для поддува брал.
Потом посетил дьяка, что внёс меня в списки домовладельцев, с отдельной отметкой имеющейся кузни, а записали меня как кузнеца, а не воя. Причём не оружейника, слишком налог с них заметный, а обычного кузнеца, подковы там, петли и остальная мелочь. Узнав, что я кузнечную плавильную печь собираюсь ставить, тот покачал головой, но поставил отметку, пока её в наличии не было, это отдельный налог. Кстати, я сразу всё за год уплатил, о чём тот тоже сделал отметку. После этого вернулся на подворье, заводной конь уже был готов, надо будет ему имя дать, припасы тоже подготовлены, так что, попрощавшись со всеми и не забыв дать некоторые указания, я покинул подворье и направился к выезду из Москвы. На дорогу, что шла на Коломну. Задержался я, конечно, изрядно, но надеялся успеть.

Не стоит и говорить как о бешеной скачке о моём пути до Коломны. До неё было от Москвы чуть более ста вёрст, всадник такое расстояние преодолевает за день, если у него заводная лошадь есть. Я же с ночёвкой на постоялом дворе добрался до ворот оборонительных деревянных стен, когда обеденное время давно прошло. Часа три дня было. Я не гнал, не хотел запалить лошадей, но шёл на пределе их возможностей. То есть я впервые давал им такую нагрузку и с интересом смотрел, кто устанет раньше, изредка на ходу меняя лошадей, с Ворона на Муромца, как я прозвал второго коня, и пусть там не было седла, попона да сумки, сиделось легко, потом обратно менялся. По сравнению с Муромцем, Ворон – это чисто рысак, боевой конь, главное для которого скорость, так что в скорости он выигрывал, а вот в выносливости – Муромец. Татары как раз таких рысаков и предпочитают, непонятно, зачем они выставили коня на продажу. Ну да, приметный, но кто там его в степях увидит и опознает? Какой спрос с ордынцев? Муромец же чисто богатырских статей конь, Ворон по сравнению с ним что болонка рядом с овчаркой. Я немного, конечно, приукрасил, но Муромец натуральный богатырь. Я помнил его прошлого владельца, когда два десятка боевых холопов подскакали к повозке и у меня отобрали коня, на нём тогда был здоровяк под стать Добрыне Никитичу. То есть конь всаднику подходил. Что с всадником дальше было, я не знаю, в воинскую избу не заходил, увёл украденное и возмещение за моральные страдания, и остался доволен. Почему я выбрал его, когда уходил, сам не пойму, но он мне почему-то понравился, когда я зашёл в конюшню, тот охотно взял из моих рук морковку, а потом и пошёл со мной как привязанный.
За время пути хорошенько познакомившись с обоими, пусть и два дня всего скачем, я также понял, что оба, что Ворон, что Муромец, настоящие боевые кони. Было дело, под вечер на пустынной лесной дороге, скорее даже в роще, тут поля кругом были, меня остановило трое недобрых молодцев, ещё двое вышли сзади, и сколько-то в кустах прятались, я с ходу так сказать не мог, но не меньше двух, слишком шумные были. Один носом сопел, видимо перебит был, от другого дерьмецом несло, ветерок в мою сторону был. То ли наступил, то ли сам… Ещё от того, что сопел, я услышал звук натяжения дуг и тетивы, мне кажется, это не лук был, возможно самострел. Отреагировал я мгновенно, в моей руке появился лук, и стрела улетела в кустарник, хрип перешёл на бульканье, хорошо я на звук стреляю, да что тати, я птицу на звук бью, потом вторая стрела в главаря банды, что стоял впереди, логично