надо, — сказал Бур, присаживаясь на ящик напротив Тирера, — я людей за ним и остальным хабаром уже отправил.
Тирер очень на него недобро посмотрел, но ничего не сказал. Пока Бур хозяин положения, здесь его вотчина
— Осколком ногу распороло, — сказал Тирер, вытягивая каждое слово, — К завтрашнему дню будет как огурчик, если на препараты не зажидешься.
— Это еще посмотрим, может, он и не жилец.
— Мясник сказал, что выживет, — пожал Сава плечами, наблюдая за выходом.
— Тогда и поговорим.
Завершив таким образом разговор, Бур вышел, оставив приятелей наедине.
— Не нравится мне все это, — сказал Сава, проводив начальника долгим взглядом, — Небось тоже считает, что не так просто мы раненного тащили.
— И угораздило его под осколок попасть, — в сердцах сплюнул Тирер, но сразу же себя поймал и понизил голос, — теперь его придется здесь терпеть.
— Так он же точно всем все разболтает! – предупредил его Сава, — Ведь будут расспросы.
— Будем выкручиваться, — сказал Тирер, вставая, — но с Буром я этим делиться не буду. Может, наш последний шанс отсюда выбраться. Я может, на Летающие острова хочу…
— Ага, так тебя туда и пустят! – ухмыльнулся Сава
— Если парень не соврал, меня туда еще звать будут! – заверил его Тирер, — Тихо!
Что-то услышав, мигом подскочил к двери и чуть ее приоткрыл. Мимо, негромко болтая, прошли два искателя, из тех, кто шли с ними. На склад внимания совершенно не обратили, но Тирер задумался. Были там все. Хотя почти все отнеслись к происходящему не более чем как к шутке, ведь все видели, а значит, могли рассказать. Многого, конечно, не поняли, да и сам он много не разобрал. Толком, здесь, по ходу, разбирался только Сава, да и то удивлен техникой. С его-то опытом…
— Пошли, чего перекусим, — кивнул он головой, обращаясь к приятелю.
— Это всегда пожалуйста, — согласился Сава, вешая на крючок свою винтовку, — только, чур, за едой ни слова о плохом.
— Обещаю.
— Ты каждый раз так говоришь.
Тирер ничего не ответил, только засмеялся.
***
Было прохладно. Даже не прохладно, а ощущение, словно лежишь не у себя в кровати, а на железном столе. Андрей попытался рукой нащупать упавшее одеяло, параллельно думая, что надо собираться на работу. Только рука уткнулась не в мягкую ткань одеяла, а в небольшой столик, неприятно задребезжавший, когда пальцы коснулись столешницы.
И тут он вспомнил все, что произошло с ним за последние сутки. Настолько все ужасно, что думать об этом не хотелось. Со сдавленным стоном, он открыл глаза и увидел над собой грязный, очень давно не мытый потолок, выложенный некогда голубоватой плиткой. Сейчас ее оттенок больше походил на что-то среднее между засохшими соплями и болотной тиной. Прямо посредине потолка горела лампочка без абажура, запыленная, но в достаточной степени освещавшая помещение.
А он на самом деле был голый… Каким-то уголком сознания он отметил, что больше всего это напоминает морг. Неприятное ощущение очнутся в морге…
Ноющая боль в боку заставила вспомнить причину, по которой его сюда положили. Привстав на локтях, он осмотрел свое бедро и крайне удивился, увидав там не рваную рану с жуткими, торчащими во все стороны ошметками кожи и костей, как ему представлялось, а небольшой розоватый шрам, пересеченный полупрозрачными нитями, словно ранению не пара дней, а минимум пара месяцев.
Андрей попробовал сесть. Шов еще болел, напоминая о себе при каждом движении, но боль была какая-то тупая и однообразная, вполне терпимая. Только вот бегать вряд ли получится.
Комнатка, в которой он оказался, выглядела больше похожей на санчасть, чем на морг. Относительно большая, примерно шесть на десять метров, она была заставлена койками с ширмами и такими же столами, на одном из которых он себя и обнаружил. У каждого такого места стоял маленький стеклянный столик с разложенными на нем медицинскими инструментами, а в дальнем углу стояли какие-то медицинские аппараты, выключенные и похожие на мастодонтов своим запущенным видом. Взглянув направо, Андрею сразу же захотелось быстрее отсюда выбраться. Застеленная койка рядом, была залита кровью. Подушка, простыня, сброшенное одеяло. Все было в старой, засохшей крови.
Встав голыми ступнями на холодный, застеленный пластиком пол, Андрей, морщась от боли при каждом шаге, решил отыскать свою одежду, которая явно должна быть где-то здесь, а то разгуливать в подобном виде ему тут совершенно не хотелось.
Стоило ему только сделать пару шагов, как дверь раскрылась, и в проеме показался высокий мужчина в старом камуфляже, поверх которого был накинут высокий кожаный фартук. «Чтобы одежду не замарать»
