Мясник накладывал ему повязку на отбитый живот. Она была пропитана каким-то вонючим составом, который должен был помочь при снятии опухолей или вообще предотвратить их. Как уже раньше доктор заметил, он оказался крепким парнем, с первого взгляда и не подумаешь. И хорошо еще, что Бур с Быком подоспели вовремя, не успели ему ничего сломать или серьезно отбить.
— Больше без моего слова ни шагу, — предупредил Бур, нервно заглядывая Мяснику через плечо. Тот лишь рассерженно отмахнулся, — Я теперь понимаю, что эта скотина Тирер задумал.
— Сам их приютил, — заметил Мясник, — я предупреждал, чтобы с поганью не связывался, а ты все про нехватку стрелков бубнил.
— Так ведь людей и так не хватало! – возмутился Бур, но отошел, вернувшись на прежнее место.
— У тебя их все время не хватает, — сказал Мясник, затягивая повязку поуже, — вон, хоть сегодня, — и кивнул головой на заляпанную свежей кровью кровать, на которой лежали останки человека. Андрей тоже вытянул шею, поглядеть, но быстро об этом пожалел. Парень выглядел так, словно проглотил гранату, и она у него внутри взорвалась, — Собака погрызла, я его перевязал, да что толку. Она все равно уже яйца внутрь отложила. А ты каждый раз жидешься на профилактические уколы, подавай тебе доказательства, что у него внутри какая-то гадость растет. А доказать можно только так – вылезет, значит росла, не вылезет – повезло парню.
— У этого хоть ничего не вылезет, — пристыжено спросил Бур, вертя в руках пистолет.
— Нет, здоров, как ломовая лошадь, — Мясник закончил с повязкой и хлопнул Андрея по плечу, — Вставай, счастливчик. Даже я бы три раза подумал, прежде чем Саву ударить.
— А я больше Тирера боялся, — сказал Андрей, заправляя рубашку, — а Сава мне вроде как даже понравился…
— Ты откуда его вообще достал, — Мясник обернулся к Буру, изобразив пальцами на маске респиратора большое удивление, — он же вообще в людях не разбирается!
Бур пожал плечами и сказал, что потом как-нибудь расскажет, лучше надо думать, что теперь с Тирером делать.
— За жабры! – Мясник начертал на маске жестокую улыбку, — и нож в брюхо! В воспитательных целях! – а потом повернулся к Андрею, — а ты, рвань счастливая, мотай на ус, пока я добрый. Тирер – та еще скотина, но он скотина своя. Тоже искатель, человек без дома и без семьи, просто сердцевина у него гнилая. А Сава – это изгой. Он раньше в сталкерах ходил, пока они его не выгнали. А выгоняют сталкеры только тех, кто не достоин того, чтобы его казнили. Последних сволочей выгоняют, понимаешь? Тех, на кого и пулю потратить жалко! И пришли они сюда уже сдружившись. Тирер может и командует, но без дружка своего и шагу не сделает.
— Но ведь раньше они такого не вытворяли! – сказал Бур в оправдание своего решения, — Хорошо работали!
— Потому что им выгоднее так было, — сказал Мясник, не оборачиваясь, — а теперь им выгоднее без нас.
— Да понимаю я, — махнул Бур рукой, — а все равно обидно. Считай, с руки выкормил, а они тебе за это потом еще и мстят. Слушай, Мясник, я ведь никому как тебе не доверяю, посмотри за парнем.
— Я тебе няньку напоминаю? – рявкнул Мясник, вскакивая, как ужаленный, — каждый раз, когда у тебя проблемы, мне пихаешь самое дурацкое! Не хватало мне еще и за молокососами твоими бегать, сопли им вытирать. А что потом? Буду учить их читать и писать? Может еще колыбельную петь на ночь? И не подумаю!
— Перестаньте говорить так, будто меня здесь и нет! – громко, как ему показалось, сказал Андрей, — Я не молокосос и сам могу о себе позаботится. Не надо мне ничьей помощи, сам справлюсь!
Когда Бур уже открыл рот, чтобы высказать все, что он сейчас обо всех думает, как в комнату ворвался Хорь с выражением нескрываемого страха на лице. Диким взором окинув все помещение, он кинулся к Буру.
— Шеф, тут полный капец, пацаны бунтуют, хабар тащат, все тащат! А крутят все Тирер с Савой. Они Седого порешили, прямо в шею пулю, Карла грохнули, но до оружейки пока не добрались.
— Началось, — процедил Мясник сквозь зубу, — и что теперь делать прикажете, «шеф»? Снять штаны и идти к Тиреру с повинной? Иль как?
— Заткнись, — рявкнул Бур, а потом схватил Хоря за шкирку, — собирай всех, кто еще с нами, сейчас надерем зад этим бунтарям недоделанным. Мясник, за парня головой отвечаешь, ясно?
— Яволь! – Мясник издевательски вытянулся во фронт и приложил руку к несуществующему козырьку.
— Хоть раз перестань издеваться и сделай, как я тебя прошу! – рявкнул Бур, схватил свой автомат и выскочил за дверь вместе с Хорем.
А положение между тем снаружи сложилось очень даже серьезное. И самое опасное, что не ясно было, в чью пользу преимущество. В таком положении, когда люди с яростью кидаются друг на друга, наплевав на то, что часом
