Сегодня пришло письмо из дома. Написанное тремя разными почерками — мамы, папы и Маринки. Пишут, что всё хорошо, все живы, здоровы. Поздравляют с успехами. Песни мои слышали, очень удивляются, где я свой талант прятал. Мда… косяк. Надеюсь, меня не будут по месту жительства проверять, а то ведь вскроется, что я там не играл и не пел и посыплется моя легенда. Надо бы маме написать, предупредить, что я в клубе на пианино учился играть чуть ли не с пелёнок. Надеюсь, намёк поймут правильно, а то неприятности гарантированы. И не откладывать это дело.
В общем, писали, что у всех — всё хорошо. Про Сонькиных родителей тоже пишут, что общаются, дружить стали как родственники. От них нам тоже привет передают. А в конце небольшая новость — за Кантемировкой, возле железной дороги, нашли мужских четыре тела. Двое мёртвые, а двое сильно покалеченные. Кто-то их из поезда выкинул на ходу, как раз из того, на котором мы уехали. Спрашивает, может я чего-то видел или слышал? Странный интерес. Видимо, участковый любопытствует, не иначе. Тех, кто сильно побитые, положили их в больницу. Один умер не приходя в сознание, а вот второй — шедший на поправку, неожиданно умер от проникающего ранения ножом в сердце. Мама за меня беспокоилась, вот и сообщила.
Я хмыкнул, вот он — привет из прошлого. Двое самоубились, один помер, а одного прирезали. Кто это мог сделать, да ещё в больнице? Только свои — за утерю ценного багажа. Значит, не простили. Так что, всё нормально, хрен теперь меня кто найдёт. Все ниточки оборваны. Хотя, я тоже сглупил, надо было им сразу шеи свернуть. Хотя, я на тот момент не знал о деньгах, а так можно сказать пожалел. Всё, забыли. Проблемы больше нет.
На счёт Маринки, мама ответила, что отправить её ко-мне пока не рискует. Вроде как, пусть дома доучится, а потом решат, да и сама Маринка к тому времени подрастёт. В принципе, это логично. Спрашивает, когда домой появлюсь. Когда, когда… Недавно же только уехал, и уже соскучились, что ли? Маринка пишет про разные свои мелкие проблемки, скучает по мне. Я тоже скучаю, по тебе, сестрёнка… Ладно, напишу письмо и отнесу на почту, заодно надо Соньку выгулять. И портного поискать, а то осень на носу, а там и зима нагрянет незаметно. Одежда нужна новая на все сезоны. Да и растём мы, старую тоже нужно обновить.
Эх, хорошо в стране Советской жить! Подумал я, ломая руку одному из неудачливых грабителей и перебивая ногу, второму. Способностями я не пользовался, только навыками рукопашного боя. Да и зачем? Весь интерес потеряется. А так, всё в полном порядке — Сонька сзади попискивает, я в её глазах героем выгляжу, гопники будут наказаны за свою наглость и мир станет чище и светлее. Короче, кругом я в выигрыше.
Это нас с Сонькой перехватили в одной из подворотен, старой улочки Москвы. От моего дома далековато, но поездка того стоила. Ехали мы к Иванову Петру Ивановичу, бывшему Карлу Ивановичу. Это он теперь так назывался, сделав себе новые документы. И вот, идём мы, никого не трогаем, а тут — гоп-стоп, мы подошли из-за угла… Выруливаю трое ухарей и сходу — гони бабло, снимай шузы, киска остаётся тут, а ты вали куда шёл. Я так представил себя со стороны — крепкий парнишка, видно, что уверен в себе и без боя не сдастся, а ему такое предложение выкатывают. Примитивная психология — без боя я не сдамся, тогда откуда такая уверенность?
Банг! Банг! И боль в груди… Вот я олень, надо же так подставиться. Покачнувшись, я ударил гравитацией и третий противник с влажным чавком и хрустом, просто растёкся по асфальту. Впрочем, все трое растеклись, первые два тоже попали в зону действия повышенной гравитации. Пока я стоял и недоумённо смотрел на две дырки — в груди и животе, Сонька тоже не теряла даром время. Она блевала.
Наконец, в голове прояснилось, и нейросеть доложила о купировании повреждений, об устранении инородных тел и выдала рекомендацию, о приёме необходимых материалов для укрепления тела, иными способами, например — проглатывать их. Вот блин, мне теперь пули зубами ловить, что ли? Хотя, сам дурак. Пока красовался перед Сонькой, прозевал, как третий гопник револьвер выхватил из под полы пиджака. Надо о защите своей подумать, а то сомневаюсь, что переживу попадание пули в голову. Мозг, он структура нежная, его беречь нужно.
Сонька вроде проблевалась и теперь, отплёвывалась. Если бы не нейросеть, экстренно заблокировавшая определённые чувства, я бы тоже к ней присоединился. Зрелище не для слабонервных. Небольшая кучка окровавленного тряпья вперемежку с костями и фаршем, три черепа и огромное пятно крови. Валить надо отсюда, пока не поздно. Объясняться с кем-то из органов, мне очень не хотелось. Поэтому, подхватив Соньку, потащил её в нужном направлении. Отказываться
