Бездна. Дилогия

что по большей части водитель ориентировался по экрану навигатора у баранки, осторожно сверяя его показания с видом в лобовом. Нет, ну вот не козёл? Неужели никто, кроме меня, не желает отложить эту чёртову поездку?
— Ты хоть знаешь, что скоро сдохнешь? — дружелюбно осведомился я у водилы, — Ну, сначала спустишься под землю, где тебя станут преследовать жуткие монстры, а уж потом — кирдык.
— Прекратите, пожалуйста, — попросил Хробанов, отвлекаясь от изучения очередного девайса, — Не стоит беспокоить водителя.
— Наркоман, шоле? — спросила глыбина, даже не думая беспокоиться, — Или — Иегова? Шо те, шо другие — дурные шоп…дец.
Ну и кому я собирался достучаться? Это же — расходный материал. В фильмах эти дуболомы только ходят с автоматами, строят морды кирпичом и гибнут, до последнего отстреливаясь от нападающих монстров. Почти все составляющие аутентичного сюжета подтянулись. Дело за монстрами.
_ Вы не желаете обсудить некоторые вопросы, касающиеся нашей экспедиции? — поинтересовался Хробанов, показывая мне изображение какой-то, необычно уродливой твари, охваченной языками пламени, — Помнится, вы упоминали…
— Сергей Николаевич, — очень вежливо начал я, но всё же сбился, — Идите в жопу!
— Понимаю, понимаю, вы чрезвычайно обижены за все неприятности, которые мы вам доставили. Однако же, войдите в положение…
— Неприятности, ха! Я вам сейчас голову отломаю и мне за это ничего не будет, ясно?
Хробанов замолчал, рассматривая меня с таким скорбным недоумением, точно я в чём-то нарушил стройное течение его мыслей.
Вновь затарахтела рация, но в это раз слышался не голос Самойлова, а чей-то густой бас. Видимо подключился один из тех, кого Виктор Семёнович последний час учил уму-разуму.
— Тут такое дело, — мы выслушали пару секунд шипения, — Стену-то мы разобрали и даже обломки начали вывозить…
Вновь молчание. Потом вступил Самойлов:
— Ты с такими перерывами будешь жену сношать, понятно? Что там у вас опять приключилось? Дебил в очочках приехал?
— Так в то-то всё и дело. Этот мудень облизывает каждый рисунок и бормочет о тысячах баксов, если удастся продать рабельеф.
— Чего? Ты укурился? Какой, нахрен, рабельеф?
Хробанов громко хрюкнул. Потом снял рацию с торпеды и принял участие в научной беседе двух светил.
— Виктор Семёнович, он имеет в виду барельеф. Там, под слоем камня и штукатурки имеется очень древняя лепка. Она действительно имеет огромную научную и денежную ценность.
— И чё?
— Чтобы идти дальше, нам нужно снять и этот слой. Я должен объяснить это нашему эксперту.
— Потом объяснишь, — в голосе Самойлова ощущалась усталость взрослого, вынужденного общаться с идиотами-детьми, — Коля, я тебе дал очень чёткие распоряжения, мать твою. Мы уже в пятнадцати минутах и если ты не успеешь за эти пятнадцать минут вывезти весь мусор, то в последний мешок я упакую твой уродливый труп. Эксперта поставь в угол, на гречу и пусть думает о своём поведении.
Водитель громко захохотал, потом ещё громче выругался и нажал на тормоз. Автобус, ехавший впереди, внезапно показал задницу из стены дождя и мы едва с ней не состыковались. Ну вот, опять облом. А ведь так хотелось посмотреть, правду ли обещает Самойлов своим подчинённым.
Всё это время я никак не мог сообразить, где нас носит. Какие-то смутные махины вырисовывались с обоих сторон, та что город мы не покидали. Мало того, постоянный гул автомобилей и лучи противотуманок, намекали на плотный траффик. Центр города? Так какого чёрта прошлый раз нас несло в глухие е…еня? Сейчас приедем на место и я обязательно допрошу Хробанова.
Однако же, когда наше средство передвижения остановилось и водитель осторожно высунул свой нос наружу, означенный вопрос оказался далеко не в первых рядах. Самойлов из рации, в обычной своей манере, дружелюбно посоветовал всем участникам вечеринки пошевеливать задницей. В этот момент я внимательно смотрел через лобовое стекло и размышлял, не могла ли моя крыша уехать ещё до начала самого путешествия.
Дождь слегка сбавил напор, точно кто-то наверху сверился с показаниями счётчика и решил, что расход воды слишком велик. Именно поэтому я хорошо узнал место, куда меня так любила таскать Ольга, пока малая ещё находилась в проекте. Предполагаю, что пару раз жена наведывалась сюда со своим хахалем, когда ходила «проветриться с подругами». Естественно — не главный вход, но место легко узнаваемое.
— Городской театр? — недоверчиво переспросил я Хробанова, наблюдая, как шустрые солдатики бодро втягиваются под треугольную арку с колоннами, напоминающую главный вход в миниатюре, — Нет, серьёзно?
Сергей Николаевич,