Бездна. Дилогия

фальшивка.
— Мне страшно, — вдруг пробормотала Оля. — Вроде всё уже успокоилось. А теперь — опять.
— Теперь — баб, — скомандовал Самойлов и злобно отпустило пинка Диане Станиславовне по её накачанной жопе. Та зашипела. — Иди, змеюка!
С женщинами проблем не возникло, они появились, когда дело дошло до самых что ни на есть мужиков. В конце концов внизу остались я, Самойлов и два одноруких. Лифшица пришлось гнать к канату едва ли не пинками. Иван Иванович совершенно ёб…улся: плевался и рычал, а когда Самойлов попытался схватить чокнутого за воротник, едва не укусил. За это он, правда, тут же получил по зубам и несколько поутих. Однако же мне совсем не нравился яростный огонёк в тёмном прищуренном глазе.
Чтобы поднять болезных, мы соорудили некое подобие качелей и первым, для пробы, отправили психа: если упадёт — не жалко. Всё обошлось и вторым номером уехал Хробанов.
— Теперь — ты, — кивнул Самойлов и я не стал перечить.
Подъём дался достаточно легко: всё же силушка богатырская мало-помалу возвращалась. Очень хотелось бы, чтобы процесс проистекал быстрее, но сойдёт и так.
Первым делом я огляделся: м-да, действительно, цепляться не за что: небольшой круглый зал под куполом потолка и с десятком ходов. Причём располагались они как-то совершенно бессистемно и больше смахивали на обычные дыры, словно обрушилась стена пещеры. Их как раз изучала парочка бойцов. Кроме всего прочего, я отметил, что здесь — намного теплее, чем внизу.
Послышалось натужное пыхтение и над краем дыры показалась голова Самойлова. Я подал ему руку и выдернул наружу. Если меня собирались поблагодарить, то лишь объективные причины помешали Виктору Семёновичу продемонстрировать хорошие манеры.
Во-первых, что-то оглушительно лязгнуло и пол под ногами содрогнулся. Все замерли, оглядываясь. Кто-то тихо взвизгнул.
Во-вторых, бл…дь, Лифшиц внезапно взревел и в один прыжок оказался рядом со мной. Я даже не успел понять, что собственно происходит, а уже летел вниз, сброшенный в дыру проклятым пи…расом! Через мгновение состоялась торжественная встреча с полом, который, по такому случаю, напрочь выбил из меня весь дух и частично отключил сознание.
В багровом мареве, пронизанном жёлтыми молниями, я видел дыру вверху и головы спутников, торчащие над её краем. Они что-то кричали, но в ушах так звенело, что понять, в чём дело, я просто не мог. Да ещё и сбивала с толку некая странность. Казалось, будто дырка в потолке съёживается, точно зарастает.
А потом, туман начал рассеиваться. Я даже сумел приподняться и уже нормальным взглядом посмотреть на… потолок, без единого следа былого прохода. Крики тоже умолкли и теперь я не различал ни единого постороннего звука. Сработали проклятые механизмы Бездны и меня вновь оставили совершенно одного в этих долбанных катакомбах!
Одного?
Кто-то хихикнул за спиной, и я медленно обернулся.

Лифшиц лежал на спине и продолжал тихо хихикать. Насколько я мог видеть, физиономия психа превратилась в кровавую лепёшку, а перевязанная рука торчала вверх под каким-то, совершенно немыслимым, углом. Кроме того, на и без того грязном бинте проступили свежие алые пятна. А шизоид веселился.
В полной мере осознав, что именно произошло, я не выдержал и стукнул кулаком по камню. Честно говоря, хотелось расплакаться от бессилия. Единственный нормальный, как я надеялся, ход оказался полностью отрезан, те, кто мог оказать помощь, находились хрен знает где, а я остался в жопе, имея на выбор два смертельно опасных маршрута в компании маньяка, возможно повинного в смертях многих невинных людей.
Поднявшись на ноги, я подошёл к Лифшицу и уставился на него. Потом не удержался и стукнул ногой по рёбрам. Он даже не прекратил свой шизанутый смех, а только повернул голову и вперился в меня единственным глазом. Казалось, зрачок в нём сжался до размеров острия иглы. Внезапно хихиканье сменилось тихим бормотанием.
— Я всё знаю! — тарахтел психопат и клочья слюны летели при каждом слове из перекошенного рта. — Мне всё сообщили. Нужно принести жертву и тогда меня выпустят наружу. Только это должна быть правильная жертва. Сначала я ошибся, поэтому остался без глаза, но больше ошибок не будет, не будет, не будет!
— Ну и кто же, эта правильная жертва: — спросил я, даже не сомневаясь в ответе. — Я, что ли? М как ты собираешься меня убить, недоразумение?
— Не я, не я, — он вновь начал хихикать. — Моё дело — привести тебя в правильное место и предоставить богу, а там — как он сам решит.
Я ещё раз приложил его