Бездна. Дилогия

спиной Теодор, выведя меня из молчаливого созерцания интерьера, — тогда двигаемся дальше.
В руках наш предводитель сжимал карту, и Зверь, стоявший за ним, угрюмо рассматривал детские каракули, ползущие по листу. Вобла, вместе с Круглым, пытались починить порвавшуюся лямку рюкзака, а Швед недовольно связывал половинки шнурка.
— Двигаемся туда, — скомандовал Теодор, указав на самый дальний проход и Жуковский, взяв Кошкарёва под руку, немедленно устремился в указанном направлении. При этом старый учёный яростно шептал на ухо коллеге, бросая косые взгляды на Шведа. Поправив пистолет, возвращённый мне Круглым, я подошёл к Юрику, понуро бредущему вперёд и поинтересовался:
— Чего такой затраханый?
— Мы все умрём, — пробормотал Юра, не глядя на меня, словно отвечал на какой-то собственный вопрос, — все умрём. Нам никогда не выбраться отсюда. Это — преисподняя и все мы будем прокляты.
— И всё же я считаю, нам следовало пойти по третьему маршруту, — упрямо заявил Зверь, за нашими спинами, — выигрыш — полные сутки. Не думаю, будто на разбор завала уйдёт слишком много времени.
— А гарантированная потеря одного человека? — задумчиво поинтересовался Теодор, — не слишком ли мы много теряем людей на дальних подступах?
— Расходный материал — для этого мы их и брали! — понизив голос, прошипел Зверь, — ну скажи, на кой хрен нам сдался этот отмороженный? А наш счастливчик? Хотелось бы проверить пределы его везения. Ну а лысого пидора я сам, с огромным удовольствием, пристрелю!
Кошкарёв с Жуковским подошли к озерцу и остановились на его берегу. И тут меня накрыло знакомое ощущение тоски, смешанной с ужасом, и я замер, ухватив Юрика за руку. Парень соблаговолил выйти из своей спячки и ошарашено посмотрел на меня.
В глазах плеснулся серый сумрак и мне показалось, словно я вернулся в свой сегодняшний кошмар. Я вновь видел камень посреди Тёмного Пожирателя и Оксанку, шепчущую слова предупреждения. Только, в этот раз, они были совсем другими.
— Беги, — шепнул бесплотный голос, — беги, беги!
Не раздумывая ни секунды, я повернулся и бросился прочь. Уже поворачивая, я увидел, как чёрное озерцо, перед которым стояли Кошкарёв и Жуковский вздыбилось, нависая над оцепеневшими людьми.
Мелькнуло изумлённое лицо Зверя, и я помчался в сторону того, из заваленных проходов, который выглядел посвободнее. Кровь с такой силой колотила в уши, что забивала все звуки и лишь несколько секунд спустя я услыхал крики и топот. Судя по всему, те из группы, кто ещё остался жив, догоняли меня.
Мимо, словно локомотив, промчался Зверь и на полном ходу, нырнул в груду камней, закрывающих выход из пещеры. Оглушительно заскрежетало, то ли булыжники, то ли зубы великана и огромные ноги, дёрнувшись раз — другой, исчезли из вида. Мне было уже легче: проползая, Зверь оставил траншею, по которой мог запросто проползти тяжёлый танк. Ожесточённо упираясь локтями в осыпающийся гравий, я полз вперёд, слыша впереди и сзади громкое сопение. За спиной оно было намного громче и сопровождалось многочисленными ругательствами.
Когда перед самым носом открылось свободное пространство, произошло то, чего я больше всего опасался: рюкзак зацепился за какой-то выступ, и я застрял. Кто-то ткнулся в мои ноги и я, с трудом, удержался от того, чтобы пнуть преследователя.
— Я застрял! — прохрипел я, скорее ощущая, чем видя перед собой какое-то движение, — помоги!
В тот же момент рука, похожая на механический рычаг, ухватила меня за грудь и потащила вперёд. С треском лопнула лямка рюкзака и я вырвался наружу из каменного плена. Отбросив меня в сторону, Зверь бросился помогать следующему. Им оказался Теодор с лицом, покрытым синими пятнами и сумасшедшими глазами. Остальные, а их оказалось четверо, вылетали, один за одним. Впрочем, последнего — Юрика, Вобла вытащила за шиворот, потому как парень был не в силах передвигаться самостоятельно. Глаза у него закатились, а белые губы бормотали какую-то ерунду.
— Гранату, — скомандовал Зверь, протягивая лопатообразную ладонь, — быстрее, б вашу мать!
Ребристое яйцо прыгнуло ему в руку и мгновенно слетело с неё, отправившись в прорытую канаву.
— Ещё! — рявкнул великан и молниеносно отправил следом за первой ещё две гранаты.
Ожидать команду «Ложись!» никто не стал. Все тотчас повалились на пол. Через мгновение после этого громыхнул тройной взрыв, и волна обломков обрушилась на мою голову, добавляя новые синяки и шишки к полученным ранее. Густая, как мука, пыль запорошила глаза, умудряясь проникнуть даже под плотно прикрытые веки. Кроме того, эта дрянь полностью законопатила ноздри, вынудив меня разразиться очередью из глухих кашлей,