Бездна

далеко не все. Надо обдумывать и учитывать вес, калибр, компактность, меткость, число патронов в магазине или барабане, скорострельность и мощность, предохранительный механизм, тугость спускового крючка, силу повторного нажатия на спусковой крючок, простоту в обращении и уходе и прочее и тому подобное… Потом боеприпасы – свои в разных случаях – обыкновенные, сплошные, пустотелые, разрывные. Вес? Выбирай от девяноста пяти до двухсот тридцати гран. Средняя или высокая компрессия? Не забывай: отдача прямо пропорциональна компрессии заряда и обратно пропорциональна весу оружия. Легковесная модель с мощными зарядами при каждом выстреле будет выскакивать из руки.

Он до сих пор не прошел этот путь до конца.

– Разрывные неплохи, – признал Эйб. – Хотя, может быть, иногда надо что-нибудь поубойнее?

Джек отрицательно покачал головой. С разрывными надежней.

– Убойными не остановишь.

– Вот эти-то остановят, – кивнул Эйб на обойму «дефендерс».

– Завтра возьму. Не хочу с собой таскать целый день.

– Большая будет дырка, – обратился Эйб к сверкающей пуле в своей руке. – Глубокая, как колодец, широкая, как церковная дверь.

– Вещь хорошая, – согласился Джек, – но не преувеличиваешь ли ты немножечко?

– Если и преувеличиваю, то в шекспировском стиле.

– В шекспировском? Шутишь. По-моему, он не пользовался разрывными пулями.

Эйб собрался бросить в него пулю, он повернулся к двери:

– Надо идти. Кстати, Эрни не закрыл еще лавочку?

– Что ты. Новые документы понадобились?

– Кажется, новый номер понадобится.

– Еще один номер социального страхования?

 – переспросил Эйб. – Собираешься скупить на рынке все акции?

– Просто ради предосторожности.

– Ты всегда осторожен. А я постоянно пользуюсь одним и тем же фальшивым номером. Видел, чтоб я каждые два года брал новый?

– Мне требуется безопасное поле деятельности пошире, – объяснил Джек. – Вдобавок у тебя настоящий в запасе, а у меня нет.

– Знаешь, ты просто чокнутый. Зачем тебе новый номер?

– Для новой кредитной карточки.

– Для новой карточки! – Эйб шлепнул себя по щекам обеими руками, драматически заколыхался. – Ой! Зачем я тебя уговаривал? По-настоящему на иглу сел!

Джек рассмеялся:

– Можно фургон еще раз позаимствовать? Встречаюсь вечером с заказчиком в Элмхерсте.

– Надеюсь, никто не собирается в тебя стрелять? Чтобы дырок в машине не понаделали.

– Да нет. Просто разведка. Дойдет до дела, возьму чего-нибудь напрокат.

Не хочется, чтоб номера Эйба были замечены рядом с местом преступления.

– Это он? – спросил Джек, сидя в кустах на корточках за двухэтажным колониальным особнячком с центральным залом в квартале для среднего класса в Элмхерсте.

Рядом пристроился Оскар Шаффер. Это была их вторая встреча. Раньше обсудили предварительные условия, теперь отрабатывали детали.

– Угу, – подтвердил Шаффер, заглядывая через застекленную дверь в гостиную. Хозяин дома представлял собой здоровенного мужика ростом полных шесть футов четыре дюйма, со стриженными ежиком рыжими волосами, круглой физиономией, узкими голубыми глазами, с увесистой резиновой дубинкой, висевшей на боку на брючном ремне. – Он самый, Гас Каслмен, грязный, поганый, гнусный ублюдок, избивающий мою сестру.

– По-моему, такое случается сплошь и рядом.

Его не впервые просят заняться избивающим жену мужем. Он вспомнил сестру Хулио. Муж без конца набрасывался на нее с кулаками. С этого и началось знакомство с Хулио. С тех пор они подружились.

– Да? В нашей семье никогда ничего подобного не было. До сих пор, по крайней мере.

В гостиную вошла хрупкая худенькая женщина-мышка с волосами на несколько тонов светлее естественного.

– А это, как я понимаю, ваша сестра.

– Сейл, бедняжка.

– Хорошо, – сказал Джек. – Теперь я их знаю, давайте убираться отсюда.

Украдкой двинулись вдоль шестифутового кедрового частокола, отделявшего двор Каслменов от соседнего, что очень даже неплохо для дела. Еще плюс: ни детей, ни собаки, двор окружен деревьями, высокими кустами. Идеально для наблюдения.

Выглянув и убедившись, что на улице пусто, они с Шаффером вернулись на тротуар, прошли два квартала до стоянки у темной заправки, где оставили машины. Уселись на передних сиденьях темно-зеленого «ягуара» с откидным верхом.

– Не самый приятный интерьер для встречи, ну ладно.

«Ягуар» внутри кажется