Бездна

уравнивает шансы при стычке с самым крупным соперником.

Сейл снова приплелась к порогу, почти истерически взвизгнула:

– Телефон не работает!

– Не беспокойтесь, леди, – успокоил ее Джек. – Я никому не хотел причинять зло. Вас не трону. А вот этот вот тип – дело другое. Он меня только что собирался убить.

Бросил кочергу, шагнул к Гасу, в ужасе выпучившему глаза, закрывшемуся от него окровавленной рукой, схватил за запястье, вывернул, заломил руку за спину, припечатал к стене, принялся обрабатывать почки голыми руками, гадая, хватит ли у быка мозгов понять связь между происходившим недавно на кухне и происходящим сейчас в гостиной.

Не сдерживался, лупил со всего маху страдальчески вопившего подонка.

Ну как, крутой мужик? Нравится?

Колотил, пока не почувствовал, что злость утихает. Уже приготовился отпустить его и перейти к исполнению второго пункта плана, как сзади что-то шевельнулось.

Оглянувшись, мельком увидел Сейл, замахнувшуюся кочергой, целясь в голову, сделал бросок, но поздно. Комната взорвалась яркими огнями и погрузилась в серую тьму.

Минуту пробыв в темноте, Джек очнулся на полу с жуткой болью в животе. Приглядевшись, заметил над собой Гаса, который изготовился ко второму пинку, и откатился в угол. При этом что-то тяжелое выпало на пол.

– Господи, у него пистолет! – крикнула Сейл.

К тому моменту он успел подняться на четвереньки, бросился к выпавшему 45-му калибру, но Гас опередил, схватил с пола, не дав дотянуться.

Сделал шаг назад, послал пулю в патронник, прицелился в лоб.

– Стой на месте, ублюдок! Пальцем не шевели!

Он снова сел на пол в угол, глядя на здоровяка.

– Вот так! – ухмыльнулся Гас окровавленным ртом. – Вот так вот!

– Я тебе помогла, правда, Гас? – напомнила Сейл, по-прежнему держа кочергу, сгибаясь от боли. Этот удар ей дорого стоил. – Избавила тебя от него. Спасла, правда?

– Заткнись, Сейл.

– Да он же тебя бил. Я его остановила…

– Заткнись, говорю!

У нее дрогнули губы.

– Думала… ты обрадуешься.

– Чему радоваться? Если бы ты не взбесила меня нынче вечером, я бы его сразу заметил, как только вернулся. Он меня не застал бы врасплох. – Гас ткнул пальцем в разбитый нос. – Во всем ты виновата, Сейл.

Она сгорбилась, тупо уставившись в пол.

Джек не знал, что о ней думать. Избавил ее от жестоких мужниных тумаков, а она пришла гаду на помощь. Причем совершила геройский поступок. Хотя храбрая маленькая драчунья, замахнувшаяся кочергой, очень далека от покорного, забитого существа, стоявшего сейчас посреди комнаты.

Ничего не понять.

Именно поэтому он взял за правило никогда не улаживать семейных дел. В дальнейшем никаких исключений.

– Пойду к Феррисам, – пробормотала Сейл.

– Зачем?

– В полицию позвоню.

– Обожди минутку.

– Почему?

Взглянув на Гаса, Джек заметил, что тот попеременно посматривает на него и на свою жену.

– Потому что я думаю, вот почему.

– Угу, – бросил Джек, – чую, дымком попахивает.

– Эй! – Гас шагнул к нему, занеся револьвер, словно хотел ударить рукояткой. – Еще одно слово…

– Ты же не собираешься близко ко мне подходить, правда? – тихо проговорил он.

Тот на шаг отступил.

– Надо вызвать полицию! – повторила Сейл, поставив кочергу у камина подальше от Джека.

– Никуда не пойдешь, – сказал муж. – Встань туда.

Она покорно подошла к нему.

– Не сюда. – Он схватил ее за плечо, толкнул к Джеку. – Вон туда!

Вскрикнув от боли в спине, она заковыляла вперед.

– Гас! Что ты делаешь?

Джек решил сыграть роль до конца, схватил Сейл за плечи, развернул как можно осторожнее. Слабо сопротивляясь, она оказалась между ним и Гасом.

Бугай расхохотался.

– Лучше что-нибудь другое придумай, приятель. Костлявая курица тебя от сорок пятого не прикроет.

– Гас!

– Заткнись! Боже, меня тошнит от твоего голоса! Тошнит от твоей рожи, черт побери… вообще от тебя!

Джек чувствовал, как худенькие плечи вздрагивают от этих слов точно так же, как от кулачных ударов. Может быть, от кулаков не так больно.

– Н-но… ты же меня любишь…

– Шутишь? – ухмыльнулся он. – Я тебя ненавижу, Сейл. В одной с тобой комнате просто на стенку лезть хочется. Как по-твоему, почему я при каждой возможности дерьмо из тебя выколачиваю? Меня только это удерживает от убийства!

– Ты всегда говоришь…

– Что тебя очень сильно люблю? – подхватил он с нарочитой