Бездна

– дьявольски здорово изобразили крутых ребят. Причем не старались меня запугать, а хотели узнать, где она. – И Джек повторил тем же тоном, который слышал прошлым вечером: – Где Мелани Рубин Элер?

Лью замер.

– Мелани Рубин Элер? Точно? Упомянули девичью фамилию?

– Несколько раз. А что?

– Не знаю… Очень странно. Она никогда не пользуется девичьей фамилией. Даже инициала не ставит.

– Ну, как бы там ни было, – сказал Джек, стараясь его успокоить, – они, по крайней мере, считают ее живой и уверены, что сумеют найти.

Лицо Лью просветлело.

– Ох, правда. Верно, Джек. Кажется, вы мне скрасили день.

– Отлично. Пойдите-ка в номер, придавите подушку как следует. Вы едва держитесь на ногах.

– Пожалуй.

Он смотрел вслед хромавшей фигуре, не удержавшись от воспоминания о другом муже, с которым имел дело в прошедшие сутки. Неужели бывают настолько разные мужчины? Может быть, Сейл встретит когда-нибудь своего Лью, который поможет ей забыть Гаса.

По пути к двери поймал устремленный на него взгляд Ромы с другого конца вестибюля. Тот взмахнул рукой, однако, вопреки ожиданию, не приветственно, а очередным трехпалым жестом.

Джек хотел было ответить другим жестом, более экономным, для которого требуется всего один палец, однако передумал, выдержав вместо этого мрачный взгляд профессора. Тут на хозяйское плечо запрыгнула обезьяна и тоже вылупилась на него.

Это уж слишком.

Обожди, Рома, мысленно молвил он, проходя через турникет. Мы еще не договорили.

Рома смотрел вслед ушедшему незнакомцу, гадая, куда он направляется и с какой целью в столь ранний час.

– Зачем ты это сделал? – шепнул Маврицио, когда никто на них не смотрел.

– Как говорится, хотел расшатать его клетку.

– Для чего?

– Чтобы вывести из равновесия, пока мы не поймем его роль. Ты осмотрел его номер?

– Как мы и предполагали, вторая посылка там.

Он ждал этого, удивился бы другому ответу, хотя все же услышанное больно его уязвило. Почему, почему, почему?

– Все в целости и сохранности?

– Да, но я все равно беспокоюсь.

– Не стоит, – бросил Рома подчеркнуто легкомысленным тоном. – Я уже говорил: об Ином он ничего не знает. Тем не менее, Иное желает привлечь его к делу. Иначе зачем отправило ему посылку… и уберегло от тебя? Нет, друг мой. Мы должны внимательно наблюдать, посмотреть, что из этого выйдет… До рассвета роль чужака прояснится.

Маврицио недовольно заворчал, а потом сообщил:

– Кстати, я нынче утром наткнулся на Фрейна Кэнфилда. Он тебя искал. Говорит, у него какая-то важная новость.

– У этого ничтожного гибрида для меня без конца важные новости. Ничего, обождет. Есть дела посерьезней его болтовни.

Гораздо серьезнее. Рома чувствовал нарастающее волнение. Его час настанет меньше чем через сутки. Необходимо побыть одному. Усиливающееся предчувствие практически не позволяет общаться с другими людьми.

Допивая у Хулио вторую кружку кофе, Джек заметил Оскара Шаффера за центральным окном. Тот шел быстро, едва не бежал, насколько позволяла дородная фигура. Джек попросил Хулио, как обычно, встретить его по приходе, предупредить, что хочет перемолвиться с ним словечком.

Шаффер вошел с напряженным, вспотевшим и бледным лицом, держа в руках белый конверт. На удивление нервный застройщик протянул конверт Хулио, они обменялись несколькими словами, Шаффер оглянулся вокруг, точно кролик, только что уведомленный о присутствии в зале лисицы, заметил Джека и бросился к двери.

Тот вскочил и пустился за ним.

По пути Хулио с ухмылкой сунул ему конверт.

– Чем это ты его так напугал?

– Не знаю, но собираюсь узнать.

На тротуаре, где весна была в полном разгаре, он остановился, оглядываясь. Утро тихое, солнечное, почти пустой по утрам в выходные Нью-Йорк – совсем другой город. Такси никогда начисто не пропадают, но ползут лишь немногие. Пассажиров нет, местные жители еще спят. Большинство, в любом случае. Слева стоит какой-то тип с собачьим совком в одной руке и поводком в другой, терпеливо ожидая, пока такса сделает свои дела в сточной канаве. Дальше справа молодой парень в белом фартуке смывает из шланга вчерашние следы с тротуара перед пиццерией.

Где же, черт возьми, Шаффер?

Вон, слева, на другой стороне улицы торопливо удаляется дородная фигура. Джек настиг застройщика, когда тот открывал дверцу своего «ягуара».

– Слушайте, что происходит?

Шаффер вздрогнул, услыхав его