В нашем мире важны лишь две вещи: сила и отмеренный до старости срок. И то и то наживное, но попробуй добудь семя жизни или боб троероста, когда ты малолетний бесправный безродыш, пнуть которого всякому в радость.Вот только Путь не разделяет людей на богатых и бедных, на сирот и с рождения имеющих всё сыновей благородных родителей.
Авторы: Андрей Рымин
будет возможность.
Дай Единый, не пригодится его отвага. Стены крепкие, дверь завалена, огнём жечь — это не к хортам, что мастерством его разводить не владеют. Да и мы тут не просто так с Веей и Маргой. Бабка прямо напротив двери с самострелом сидит, прислонившись к печи. Я с копьём прячусь слева. Кто вломится — в бок воткну сразу. Названная сестрица с другой стороны с топором. Сейчас так во всех хатах.
Крики, вой, рёв, гам, стук. Луки тренькают, палицы глухо дубасят по твёрдому. Что-то громко упало. Тяжёлое.
— Со стены кто-то шлёпнулся, — шепчет Вея. — На нашу сторону вроде.
— Хорт, — шепчу в ответ я. — Раненый. Слышишь, скулит? Подыхает.
Ещё звуки падений. Наверху орут наши. По ушам звонко бьёт женский крик. Суета. Совсем рядом. Кто-то стонет. Бегут. Сразу несколько. Кто? Куда? Непонятно.
— Прорвались нелюди, — хрипит Марга. — Рыскают. Тихо все!
Хоть бы не права бабка. Хоть бы не права…
Удар в стену! Справа, возле окна. Кто-то из малых взвизгнул. И ещё один!
— Тихо! — шипит Марга.
Поздно! Быстрые шаги, и в дверь — бах! Ещё бах!
Тут уже малые не выдержали. Слёзы, визг. Кто постарше, пытается заткнуть младшим рты. Пальцы стиснули до хруста древко. За дверью притихли. Прислушиваются.
Снова кто-то бежит. Криков много, но всё в стороне.
Бах! Бах! Бах! Дверь, как будто взбесилась. Хруст! Это сорвало засов. Одним мощным ударом и короб, и лавки, и стол — всё долой. Дверь отбрасывает, как соломенную. Он здесь!
Напоминающая людскую фигура заслоняет проём. Невысокий, чуть выше меня. Но широкий и руки длиннющие. Лапы то есть. Когтистые, волосатые — чуть ли не до самого пола свисают. И весь он мохнатый. Лицо только чистое. То есть морда. Совсем в голове мысли спутались. Чего вообще думаю? Чего жду?
Одновременно с щелчком самострела кидаюсь в атаку. Копьём снизу в бок.
Есть! Чётко под рёбра попал! Зашло на две пяди. Рёв страшный. Отпрыгиваю.
И вовремя! Могучая лапа летит в мою сторону. Промахивается, бьёт в стену. Успеваю заметить пенёк от штыря — Марга тоже попала. Аккурат в середину груди.
Но хорту этого мало. Зубастая пасть с выпирающими из нижней челюсти бивнями в палец взрослого мужика оскалена. Жёлтые глаза из-под массивных надбровных дуг горят яростью. Плоский нос с вывернутыми наружу дырками ноздрей сморщен, как и маленький узкий лоб. Сейчас кинется на меня…
Хрясь! Топор в спину. Вея!
Хорт дёргается. Рывком разворачивается к новой угрозе, движением этим выдирая наконечник из раны. Копьё выпадает. Но не из моих рук.
Как же удобно стоишь, тварь вонючая! Мир словно замедлился, и я вижу, как наконечник копья, направленный моим резким ударом, входит точно под нижнюю челюсть врага. Металл рвёт гортань и врезается в кость. Позвоночник достал! Это всё!
Кровь толчками. Рёв хорта сменяется хрипом. Туша валится набок. Убил тварь! Прикончил!
Нахожу взглядом Вею. Бросив застрявший в спине хорта топор, девушка вжимается в стену. Подмигиваю ей. Справились. Всё хорошо. Теперь всё.
— Куда?!
Резко оборачиваюсь на скрипучий крик Марги и ловлю краем глаза движение.
Халаш! В руке нож. Проскочил мимо меня шустрой белкой и…
— Нет!
Рука с ножом не успевает опуститься в ударе. Короткий тычок задней лапы, казалось бы, мёртвого зверя — и лёгкое тело мальчишки летит через половину землянки, где бьётся об угол печи.
Выдёргиваю из раны копьё! Быстрый замах — и в глаз! Теперь точно труп.
Бросаюсь к Халашу. Вея уже там.
— Прости, Кит…
И взгляд названного братишки потух.
Так вот значит, что за хорты такие. Если бы не звериные повадки и отсутствие членораздельной речи, я бы предположил, что вижу мутировавшего человека или какой-то неизвестный мне вид гуманоида. Да волосатый, да слишком мощные челюсти и выпирающие нижние клыки чересчур велики, да слишком длинные руки, но принять за примата не позволяют: прямая спина и ноги, что лапами никак не назвать. Это существо перемещается на нижних конечностях без помощи верхних.
Вот только сила в мощном теле определённо звериная. Серьёзный противник. Особенно для старухи и пары подростков. Мой носитель и здесь себя показал молодцом. Очень грамотный бой. Держал дистанцию, бил копьём куда нужно. Единственный промах — не успел остановить малыша, решившего доказать свою смелость.
Очень глупый поступок. В посёлке охотников, каждый должен знать, что к смертельно раненому животному нельзя приближаться, пока оно окончательно не издохнет. Даже предсмертные судороги способны нанести травму, а тут, и вообще, имел место осознанный удар, в который
