Безродыш. Предземье

почкам. Поймает — чистой силой возьмёт. Но он не поймает. Потешный бой у нас. Драка мальчишеская. По-настоящему бились бы, с оружием, до смерти — уже лежал бы на земле, кровью харкал. А так, всего лишь синяки собирает.
Очередной удар в ухо. Ещё один, особенно меткий в окровавленный нос.
— Сдаюсь! — хрипит Браг, прикрывая лицо.
Этого даже валить не пришлось.
Тишина. Тишина. Тишина.
— Сучья срань!
Санос в ярости. Тикануть? Нет. Стою. Смотрю холодно.
— Всё? Разобрались с делами?
— Позорники! Подсвинки убогие!
На меня Санос даже не смотрит. Весь гнев главаря на своих обращён. Зато смотрит Патар. И глаза его не обещают мне ничего хорошего. Что, гад? Понял, что в следующий раз на месте своих швыстов можешь сам оказаться?
— Пошли отсюда!
Разъярённый предводитель подспорников пинком придаёт направление Гаучу. Одаривая меня гневными взглядами, остальные подростки направляются вслед за Саносом.
— Это не конец, безродыш, — не оборачиваясь, бросает мне главарь шайки малолетних уродов. — В другой раз продолжим.
— Приходи через год, — напутствую его я.
Через год, если так всё и дальше удачно пойдёт, я и этому старшаку бока намну запросто. Нашли себе чушку для битья, тоже мне. Охотнички йоковы. Как бы кровушкой не умыться своей. Я устрою. Не жалко мне.
Ушли. Только туес мой с малишкой стоит возле дуба. А что это было сейчас? Сердце тише и тише колотится. Кровавая пелена сходит с глаз. Успокаиваюсь помалу. Зачем? Что нашло на меня? Вот дурак… Себя истинного им показал. Свою силу открыл. Прощай Китя-хиляк. Шутки кончились. Теперь вместо детских проблем, взрослые беды пойдут.
Жди беды настоящей, Китар. Сам её на себя своей спесью накликал.
И плевать! Справлюсь. Чай, не хортов орда на хвост села. Я сильный.
Примечание
Названия месяцев в календаре Предземья:
Трескун (январь)
Лютень (февраль)
Зимобор (март)
Снегогон (апрель)
Травник (май)
Разноцвет (июнь)
Страдник (июль)
Густоед (август)
Хмурень (сентябрь)
Листопад (октябрь)
Грудень (ноябрь)
Студень (декабрь)

Дно вселенной! Вот зачем было так откровенно выпячивать своё превосходство? Пропустил бы пару ударов, запыхался для вида. В другой раз теперь будут относиться серьёзнее. А ведь я только порадовался, что мальчишка съел боб. Хоть и малую долю добычи, но пустил на развитие.
Впрочем, побеждать даже в драке с другими детьми — удовольствие. Носитель открыто упивался своим преимуществом. Приятно быть сильным. Это может его подтолкнуть к правильным мыслям. Весьма вероятно, что теперь продолжит и дальше глотать бобы. Он не дурак и должен понимать, что этот бой для него не последний. Они снова придут.
И следующий его противник будет готов к тому уровню ловкости, что Кит сегодня продемонстрировал. А значит, к тому моменту нужно снова стать чуть сильнее. Я над этим работаю, но мальчишка не знает этого. По логике должен превентивно съесть боб или два. Больше не нужно. Теперь я понимаю, что глотать сразу всё — не лучшая мысль. Паренька легко вывести из себя, а в гневе он тут же покажет свой максимум, чем выдаст свой непомерный скачок в троеросте.
Хорошо, что я не успел начертить первый узел. Так бы в глаза бросалась не только приличная для его возраста скорость мальчишки, которую можно списать на природную ловкость и результат тренировок, но и сила, какой в этих худеньких ручках без съеденных бобов появиться никак не могло. Тут уже без вопросов не обойтись. Неудобных вопросов, подходящих ответов на которые нет.
Радует же, что носитель, несмотря на свой срыв — Санос с Веей попал в болевую точку — сумел быстро взять себя в руки и в словесной дуэли одержал победу над предводителем своих обидчиков. Без заранее выбитых условий всё наверняка бы закончилось по-другому, а так Санос не смог нарушить данное во всеуслышание обещание, и большая часть его гнева ушла на проигравших мальчишек
Может быть, неприязнь сына старосты, благодаря которой закрутилась вся эта история с поединками по принуждению, ещё обернётся для Кита пользой, но лучше было бы этой ситуации избежать. Носитель научился охотиться в условиях новой большой земли. Процесс