В нашем мире важны лишь две вещи: сила и отмеренный до старости срок. И то и то наживное, но попробуй добудь семя жизни или боб троероста, когда ты малолетний бесправный безродыш, пнуть которого всякому в радость.Вот только Путь не разделяет людей на богатых и бедных, на сирот и с рождения имеющих всё сыновей благородных родителей.
Авторы: Андрей Рымин
Первого выскочившего на полянку я сразу узнал. Фрон, охотник из ватаги Драмада, тот самый, что принёс тогда весть про нашествие хортов. Понятно, почему других обогнал — у него ловкости за шесть десятков долей, от такого убегать бесполезно. Совсем ненамного опередил Патар старших. Плакал его хитрый план, как и мой идиотский. Лучше бы поголодали немного, чем проклятые фазаны эти.
— Поздно, — тяжело вздохнул я.
Опа… Это ещё кто такие? Ни одного знакомого лица кроме Фрона. И одежда не наша! И у каждого в ножнах меч на боку! Я невольно попятился.
— Стоять! — тут же рявкнул охотник.
Это что же тут происходит? У чужаков — а я семерых насчитал — вид настоящих бандитов. Тяжёлые сапоги, каких у нас не носит никто, на головах кожаные шлемы с накладками из железных пластин, поверх длинных рубах, блестит сетка кольчуги. Похожие воины когда-то мой родной хутор сожгли. По спине мигом побежали мурашки. Воспоминания, что никогда не тускнеют — они вечно со мной.
Окружили — бежать уже некуда. Миг — и сильные руки схватили под горло. Ни пикнуть, ни вырваться. Патар взвизгнул было, но ему тут же грубо ладонью закрыли рот.
— Дядя, Фрон! Что мы сде… — попытался я прошипеть через силу, но одна из державших меня лап, переместившись с горла наверх, уравняла нас в немоте с сыном старосты.
Запоздало попробовал вывернуться — бесполезно. Рыжий рядом ногами пинается, извивается, мычит — тоже бестолку. Покраснел от натуги. Глупо дёргаться. Момент для побега мы уже упустили. Нужно силы беречь, ждать другой подходящий. Только выдастся ли такой вообще? Вон, Патара уже начали верёвкой обматывать. Плохо всё. Ой, как плохо…
— Вот он. Как обещал.
Фрон обращался к шагнувшему на полянку последним мужчине в странной, невиданной мной доселе одежде. Узкие штаны, длинная куртка в обтяжку с высоким расшитым золотой нитью воротом и шляпа с загнутыми вверх с левого края полями. На обоих боках с богатого, снова же золочёного пояса свисают тонкие ножны. Не иначе, какой-то богач из Града.
— Отлично! — кивнул чужак. — Чистая работа.
Тонкие длинные пальцы нырнули в вынутый из внутреннего кармана куртки кошель. Резкое движение — и в сторону Фрона, сверкая, полетели монеты.
— Лови.
Охотник ловко поймал все пять золотых сложенными в ковшик ладонями.
— Благодарствую.
— Заслужил. Нам и суток ждать не пришлось. Быстро ты его выманил.
— Повезло, — осклабился Фрон. — Второго довеском возьмёте?
— Мальчишку? — повернулся богач в мою сторону.
Из-под приподнявшегося края шляпы на меня смотрел…
Шут! Тот йоков скоморох, на котором поломался мой дар! Или он не ломался…
Единый! Так это же он! Я вспомнил это лицо! Без шутовского раскраса и на ярмарке бы признал. Такое не забывается. Воспоминания, что вечно со мной…
Не даром схватившие нас воины вызвали в памяти тот страшный день. Ошибка исключена. Этот богач… Этот шут… Это он возглавлял тех людей, что пять лет назад убили моих родных! Тех людей, что сожгли мой хутор! Тех людей, что забрали сестрёнку…
И тут меня словно ледяной водой окатили. Страх мгновенно сменился надеждой.
Так ведь он же знает, где моя Тишка!
— Нет. Зачем мне обычный ребёнок? — скривилось лицо под шляпой. — Этот — твоя проблема. Уходим.
Последняя фраза предназначалась воинам. Патара, которого как раз закончили связывать, один из мужчин мешком закинул на спину, и отряд чужаков во главе со своим загадочным предводителем поспешно покинул полянку.
Цепкие пальцы Фрона, к которому, уходя, меня толкнул державший прежде мужик, до боли сдавили плечо.
— Извини, пацан, но ты видел и слышал то, что не должен был.
То, что идея с ловлей фазанов на этом берегу — невероятная глупость было очевидно, как день. Я думал, носителя поймают с поличным другие охотники, но взрослых опередил сынок старосты. А ведь я только порадовался удачному разрешению проблемы Марги. Старуха умерла, но серьёзных последствий её смерть коммуне сирот не принесла. Страхи мальчишки так и остались страхами — девчонка прекрасно справляется со своими новыми обязанностями. А, что лучше всего, в тайнике под корягой теперь вместе с бобами лежит семя жизни. Капитал не потрачен.
Но что же теперь делать с этим настырным Патаром? Сын старосты всё больше и больше портит носителю жизнь. Надо бы уже устранить его. Желательно чужими руками. Шантажисту положишь в рот палец — откусит всю руку. Надеюсь, Китар не поддастся на провокацию.
Но что это? Кто-то бежит сюда! Дно вселенной! Нас окружают! Чего Китар ждёт?
Ну всё. Поздно. Попались. Какие-то пришлые. И с ними охотник из местных.
