Безумный магазинчик

поднимается новая волна раздражения, снова выместил ярость на ни в чем не повинном карандаше. Интуиция старого опытного сыщика подсказывала, что майор Червячук сейчас, как ненормальная, мотается по Москве, пытаясь разыскать своего криминального Ромео.
При других обстоятельствах ситуация с по уши влюбленной в преступника Нержавеющей Маней даже позабавила бы Ивана Евсеевича, но только не сейчас. Пару минут назад ему позвонил дежурный и доложил о звонке, поступившем от не пожелавшей назваться женщины. Если свидетельница не врала, полученная от нее информация могла оказаться исключительно важной для хода следствия. Кроме того, полчаса назад полковнику принесли весьма любопытные данные экспертизы…
За годы совместной работы нудная, как таблица логарифмов, и принципиально-твердолобая, как упертый сектант-пятидесятник, Марина Александровна попортила полковнику немало крови, так что Иван Евсеевич, наблюдая за любовными терзаниями Нержавеющей Мани, испытывал злорадное удовлетворение. Даже хорошо, что эта сверхпринципиальная стерва немного помучается. Ей будет только полезно для разнообразия испытать нормальные человеческие чувства.
«Жалко, Колюни нет, – подумал полковник. – Вот он обалдеет, когда я ему расскажу, что майор Червячук спала с Богданом Пасюком!»
Однажды они с Чупруном даже поспорили на бутылку пива о том, девственница Нержавеющая Маня или нет. Колюня утверждал, что женщина с таким характером наверняка должна быть старой девой. Обладавший большим жизненным опытом Иван Евсеевич не соглашался, полагая, что подобная ненависть к мужчинам скорее всего основывается на каком-то печальном опыте в прошлом.
Задавать Марине щекотливый вопрос о состоянии ее девственной плевы ни один из них, естественно, не решился бы. Идея переспать с Нержавеющей Маней и таким образом разрешить спор была отброшена сразу, как технически неосуществимая. Колюня, правда, предлагал, переодевшись, сымитировать изнасилование майора Червячук, разумеется, не доведя дело до конца, а потом провести медицинскую экспертизу, которая развеяла бы их сомнения, но Иван Евсеевич возразил, что бутылка пива не стоит таких жертв, да и вообще шутить с Нержавеющей Маней опасно – не дай Бог узнает, тогда лучше сразу гроб заказывать, причем пуленепробиваемый. И вот теперь все разрешилось само собой. Колюня проиграл, полковник победил.
При мысли о выигранной бутылке пива у Ивана Евсеевича потеплело на душе. Не то, чтобы он не мог купить себе бутылку пива. Купить, положим, он мог бы и ящик, но купленное пиво совсем не то, что пиво трофейное, тем более добытое в результате победы над таким серьезным противником, как Колюня Чупрун.
Вынув из ящика керамическую точилку в форме тыквы с прилепившимся к ней жуком-скарабеем, Обрыдлов принялся неторопливо затачивать многострадальный карандаш.
От этого занятия его отвлек громкий стук в дверь.
– Привет начальству! – вваливаясь в кабинет, энергично пробасил Колюня. – Сюрприз!
Сунув под нос полковнику картонную коробку, опер театральным жестом откинул крышку, и глазам Ивана Евсеевича предстал уже успевший оттаять труп Лолиты.
Полковник отшатнулся, с отвращением зажимая нос.
– Эта кошка… – начал было Чупрун.
– Догадываюсь, – махнул рукой Иван Евсеевич. – Была убита тем же оружием, что и генерал. Где ты ее нашел?
– Откуда вы знаете? – оторопел Колюня.
Обрыдлов помахал у него перед носом папкой с заключением экспертизы.
– На лезвии топора обнаружена кровь и следы серого мозгового вещества кошки. Судя по всему, она была зарублена незадолго до смерти генерала.
– Есть что-нибудь еще?
– Есть, – сказал полковник. – На топорище обнаружены следы канифоли, которую обычно используют для натирания смычка и несколько коротких красных волокон. Специальный велюр с такими волокнами применяется для внутренней отделки скрипичных футляров.
– То есть убийца или хранил топор в скрипичном футляре, или, что более вероятно, принес его в футляре на место преступления.
Иван Евсеевич кивнул.
– Но и это еще не все. Четверть часа назад в Управление позвонила женщина, отказавшаяся назвать свое имя, и сообщила, что около полуночи в день убийства находящаяся в подпитии бывшая жена генерала Оксана Макаровна Красномырдикова угрожала генералу смертью. Похоже, она заявила, что заказала его.
– А вот это уже любопытно, – вдохновился Колюня, – если, конечно, свидетельница не врет. Удалось определить номер, с которого она звонила?
– Удалось, – без особого энтузиазма ответил полковник. – Из телефона-автомата в районе метро «Беляево».
– Хреново, – вздохнул