Альтернативная история. Наверное, многие люди, особенно, любители фантастики; задумывались над тем, что было бы, если бы атомная бомба не была созданная и испытана в 1945 году. Каким бы в этом случае, был бы мир: лучше — хуже… Но во всяком случае история развивалась бы по другому…
Авторы: Рыбаченко Олег Павлович
они у него от волнения запылали:
— И что мы можем теперь сделать?
Лея растеряно пожала ставшими костлявыми плечиками:
— Не знаю… Что могут сделать два безоружный ребенка. В технике наше понятие… На уровне интернета и компьютерных игр. А воевать самим … смешно!
Гришка тут не вполне согласился:
— Иногда бывают мальчики полководцы. Я вот играя против компьютера, очень даже неплохих результатов добивался!
Лея усмехнулась:
— Ну в кино бывают, иногда и жизни встречаются… Можешь себя этим утешать. Но пока следует подумать об собственном выживании.
Несколько минут ребята шагали, молча, а затем Гришка задал давно волнующих его вопрос:
— А у СССР есть шанс победить при изменившемся раскладе сил?
Лея ответила не сразу и говорила непривычно медленно. Солнышко уже садилось, а населенных пунктов не видно. А есть ведь так хочется! Разговор отлично отвлекал. Можно, например, вспомнить как не евший третий день Остап Бендер был красноречив во Нью-Васюках.
— Победить, конечно, шанс есть всегда. Но тут будут играть роль и другие факторы. Например Гитлер распорядился перевести экономику на военные рельсы в начале августа, а не в феврале сорок второго года. Это тоже проблема для нас. Фюрер приказал перебросить дивизии с Запада сейчас, а не после разгрома под Москвой. Приказал начать массовый призыв юношей в сорок первом, а не сорок втором году. То есть тут фашисты делают многое сейчас из того, что они начали делать намного позже и это может дать свой отрицательный для нас эффект!
Гришка все же не согласился:
— А сибирские дивизии? Это будет фактором для нас благоприятным?
Лея согласно кивнула:
— Конечно! — И тут девочка огорчилась. — Если Япония не откроет второй фронт. Меня это совсем не удивит. Тогда будет надежда лишь на генерала Мороза.
Гришка растеряно захлопал ресницами:
— А вот с генералом Морозом и могут быть серьезнейшие проблемы! Это погода, может быть в пользу Вермахта!
Лея взгрустнула и наклонила в бок светленькую головку:
— Ты так предполагаешь или знаешь?
Гришка испустил вздох страдания:
— Хотел бы я предполагать, но к сожалению именно знаю!
Девочка не стала, допытываться, она догадалась насколько тяжело сейчас Гришке морально. И конечно же разумеется физически.
Они шли сначала вдоль дороги, а затем вышли и на саму обочину, так песок был гладким и не таким колючим. Их обогнало несколько немецких машин. А в темноте вдруг внезапно осветил мотоцикл с коляской. На нем ехало двое гитлеровцев. Они пьяно закричали:
— Киндер, ко мне!
Дети покорно подошли и наклонили головы. Фриц с противным немецким акцентом спросил их:
— Куда путь держите мелкота?
Лея слезно, причем вранья, и подделки ответила:
— Мы лишились своих родителей, голодные, нищие идем в Минск, рассчитывая там на работу.
Эсесовец поверил ей:
— Зер гут! Садитесь, я вас довезу до Минска и найду работу!
Гришка хотел отклонить подобное предложение и вообще дать деру, так как слова робота вызывала у него слишком уж негативные ассоциации. Но Лея поспешила заскочить в коляску и мальчик последовал за ней. Впрочем, он шепнул подруге:
— Ты же не знаешь, как тут может быть работа?
Лея с улыбкой ответила:
— Да лучше уж потрудится немного так ходить… Устала я от бродяжнечества.
Второй Фашист на ходу предложил Грише сигару. Мальчик отверг:
— Воспитанные дети не курят!
Гитлеровец хихикнул и выдавил:
— Пионер! Мы пионер вешать!
Первый эсесовец успокоил:
— Правильно! Здоровье беречь смолоду. Зер гут!
Гришка подтвердил:
— Зер гут!
Эсесовец ехал не спеша и был любопытен:
— А как вы потеряли своих родителей?
Вместо Гришки быстро ответила Лея:
— Мы это даже сами не поняли как? Не успели и глазом моргнуть.
Фашист решительно заявил:
— Вы не успеете и глазом моргнуть, как разом окажетесь в Москве. То есть мы Вермахт окажемся в столице России, а вы будете нашими рабами.
Лея плаксиво ответила:
— Понятие рабства и свободы более, чем относительное!
Гитлеровец насупился:
— А это еще почему, что за философия?
Девочка-попаданка объяснила:
— В Библии все люди, даже цари царей являются рабами Бога. При чем раб Божий, он куда счастливее независимого от Всевышнего мятежнике. Вот именно подобное разделение, понятий: раб греха, раб Бога, раб страстей, раб долга и делает понятие и раба и рабовладения более, чем относительным!
Эсесовец воскликнул:
— Браво! Девочка-босоножка говорит как Цицерон.
