Альтернативная история. Наверное, многие люди, особенно, любители фантастики; задумывались над тем, что было бы, если бы атомная бомба не была созданная и испытана в 1945 году. Каким бы в этом случае, был бы мир: лучше — хуже… Но во всяком случае история развивалась бы по другому…
Авторы: Рыбаченко Олег Павлович
Число сдач в плен и генеральских измен растет. В частности генерал-лейтенант Гривин сдался с несколькими тысячами солдат и офицеров. Вообще такое ощущение, то немцы ждали нашего наступления с севера, и завлекли войска в заранее расставленную ловушку. Так то шанс на деблокаду Москвы с данного направления к сожалению упущен.
Сталин, нервно крутя в трубку в липких от табака руках, спросил:
— А что на юге?
Василевский ответил:
— Войска под командованием Майнштейна прошли вдоль дельты, вышли к Каспийскому морю и идут на Баку. Наша Красная Армия оказывает упорное сопротивление превосходящим силам…
Сталин агрессивно перебил:
— Если оказывают упорное сопротивление, то почему, враг до сих пор не остановлен и не отброшен? Отчего Вермахт так быстро продвигается вперед?
Василевский опустил голову и хрипло произнес:
— Противник слишком силен, а моральных дух наших войск упал. Много измен и позорных сдач в плен. Многие дивизии из числа кавказцев попросту не хотят воевать. Дезертирства, перебежки, сдача не связанная с боевой обстановкой. Отдельные полки капитулируют чуть ли не под барабанный бой.
Сталин огрызнулся:
— Вешать всех таких будем! — Верховный наклонил голову. — А Астрахань стоит?
Василевский подтвердил:
— Да стоит товарищ Сталин! Она наша!
Верховный заметил:
— И почему-то там наши витязи не сдаются!
Василевский отметил:
— Войска, защищающие столицу, проявляют стойкость. Почти безоружные ополченцы сражаются и бросаются с бутылками под танки. Противник встречает упорное сопротивление. Даже пионеры и те в строю и дерутся не хуже старших. Москва все еще стоит!
Сталин подскочил к столу и стукнул по нему кулаком:
— И будет стоять! Никогда мы её не сдадим… А вот тебе вопрос, почему миллионы сдались, а меньшая часть из лучших людей все еще сражается?
Василевский пожал плечами:
— Трудно сказать товарищ Сталин. Вот почему-то все французские генералы признали капитуляцию Франции и новое марионеточное правительство Виши. Но нашелся строптивый де Голль. Видимо люди у нас есть разные. На одних громкие победы вермахта и серия неожиданных поражений Красной Армии, произвела сильное впечатление, для других всего дороже Родина.
Доселе молчавший Шапошников подметил:
— Тут еще проблема в том, что советский народ он разный. Например, украинцы помнят коллективизацию и голод 1932-1933 года, как и ряд других народов. Кавказцы тоже сродни вольнице, о прибалтах нечего и говорить. А те у кого родственники репрессированы? Так что недовольный очень много, а помноженное на ореол непобедимости гитлеровских войск, и победное шествие, а так же реальную силу Вермахта, то ничего нет удивительно в падении боевого духа.
Сталин пожал плечами:
— Вот ничего удивительного! А как ты думаешь, мы ход войны переломим в ближайшие дни?
Шапошников тряхнулся седеющей головой:
— Очень хотелось бы сказать да товарищ, но пока… Не вижу я тех сил, чтобы мы могли сломить врага. Вновь формируемые части настолько сырые, что и близко не стоят с тем, что у нас было до войны, что есть у врага. Особенно в качестве пехоты. Ну, еще наши танки Т-34 и КВ могут огрызаться, но пехотные подразделения тотально пасуют! Слабость пехоты и низкий воинский дух, острейшая нехватка офицерского состава, никудышное качество командования, как на оперативном, так и тактическом уровне… Все это ведет к тому, что и не видно каких-либо признаков перелома.
Василевский добавил:
— Да еще и Гитлер подставил под ружье двенадцатилетних пацанов и пустился во все ресурсы. В Германии объявлена тотальная война и мобилизация. К выпуску самолетов и танков подключены иностранные заводы и рабсила. Противник и в самом деле, бросил на нас всю Европу…
Сталин опять перебил:
— У Наполеона Бонапарта — тоже была вся Европа! А он был безжалостно нами бит!
Василевский уточнил:
— Не нами, а в большей степени суровым климатом и всенародной партизанской войной. Массовые восстания крестьян в тылу наполеоновской армии, эпидемии и мороз подорвали Европу. А в таких открытых боях французы чаще брали вверх. Ведь и битву на Бородино мы не выиграли. Наполеон потерял тридцать пять тысяч убитыми, а Кутузов шестьдесят восемь. Так что сдача Москвы, была не просто тактическим маневром, а пожалуй вынужденной мерой.
Сталин показал кулак:
— А ну без намеков! В данном случае столицу будем держать, до конца! Она будет нашей, даже если мы отступим до Урала. А вам вопрос, как товарищ Новицкий на счет организации воздушного снабжения московского котла?
Генерал-полковник
