Альтернативная история. Наверное, многие люди, особенно, любители фантастики; задумывались над тем, что было бы, если бы атомная бомба не была созданная и испытана в 1945 году. Каким бы в этом случае, был бы мир: лучше — хуже… Но во всяком случае история развивалась бы по другому…
Авторы: Рыбаченко Олег Павлович
конечно же, было не сам приятным занятием.
А Анжелика едва не лишилась глаза… Таким вот мог оказаться смертельным для нее на первый взгляд безобидный рикошет пули, от крупнокалиберного пулемета. Причем тут уже ничего не поправишь…
Анжелике провыла:
— Ох, вы мои глазки, это вовсе не из сказки!
Большие потери среди танков, и усилившейся минометный обстрел со стороны противника, вновь заставил залечь пехотинцев.
Алиса наконец-то выдавила из икры осколок и испустила стон:
— Вот урод из чугуна недоделанного! Чуть калекой ты меня не сделал! И что же теперь…
Девушка бросилась в бок и споткнулась на кучу из нескольких трупов. О Боже, сколько тут полегло солдатиков. Видно, что стреляли из автоматов МН-44. Весьма убойные падлы эти автоматы с промежуточным патроном и высокой для данного вида вооружений прицельной дальностью поражения. Пожалуй, лучший автомат второй мировой войны, который к счастью появился достаточно поздно, когда поражение Вермахта уже стало очевидным.
А трупы, разбитая и изуродованная плоть, от которой скользят её дивные ноженьки… Трудно сделать шаг, что не наступить на убитого…
И уже каркают настырные вороны, которые не бояться ни выстрелов не осколков, готовые полакомиться мертвечиной.
Да и не просто готовые, а ужа садятся и без всякого стеснения жрут еще не остывшие останки людей.
Алиса не выдерживает подобного святотатства и хотя тратить пули на подобную мерзость, без условно излишество, особенно когда идет бой, но… Эмоции переполняют девушку и она стреляет, сбивая одной пулей сразу же несколько ворон.
При этом Алиса кричит:
— Сволочи! Стервятники, падальщики, что вы делаете!
Анжелика присоединяется к ней. Вот давай молотить ворон… А тут и без того изрядно израсходованный запас патронной подошел к концу… Алиса выругалась:
— Нет! Ну, вот я настоящая дура! Так перышки стервятникам чистила.
Рыжеволосая воительница почесала себе голой подошвой за ухом и ответила:
— Да чистить мы умеем, но только не ряды фашистов…
Алиса не на шутку обиделась:
— Ага! Я уже фрицев, чуть ли не целый полк перещелка или взорвала… Дай лучше добудем в качества трофеев МН-44. Это добрая вещь, и в ближнем бою покруче автоматической винтовки!
Анжелика осматривая ближайшую поверхность, в рифму произнесла:
Добро должно быть с автоматом;
Разить как яростная сталь!
Чтобы лилась кровь водопадом —
Ад уничтожь — злых убивай!
Алиса кивнула своей золотистой головкой:
— Вот так оно и правильно… Убей и плачь!
Девчата заползли в воронку разбитого бункера. Там было душно и стонали раненые немцы… Какая это жуть, в во тьме рыться и натыкать руками и ногами сломанные, хлюпающие косточки, обрывки кожи, кашу из крови, выпущенных кишок, и разбитой мраморной плитки, бетонной крошки…
Алиса, конечно же, хорошо знала немецкий, как и опытная Анжелика. Один из солдат бредил, а другой довольно связно и внятно бормотал:
— Ангелы вечного звездного ада; кажется все во вселенной разрушат — в небо взлететь быстром кречетом надо — чтоб уберечь от погибели души!
Алиса на хорошем немецком языке спросила:
— Говори солдат, где тут у вас ячейка с хранимыми автоматами?
Воин шевельнулся и удивлено спросил:
— Ты ночная фея? Голубая…
Алиса с тон шутливо ответила:
— Нет у меня в отличие от Мальвины, волосы не голубые, а как сказать… Снежок на солнечном свете…
Немец недоверчиво произнес:
— Тогда бы я их видел бы даже в темноте…
— Что бы русские меня подстрели или изнасиловали. Уж нет, истинная арийка должна уметь постоять за себя! — Свирепо огрызнулась Алиса.
Немец приподнялся почти в полный рост и тут стукнулся головой об верх бетонного перекрытия. Плаксиво взревел:
— Ну что так больно… Погладь меня…
Судя по голосу и запаху( Алиса как подлинный диверсант научалась различать запахи, почти на уровне собаки-ищейки), это был совсем молоденький юноша. Такого как не пожалеть… Алиса всех жалела, если даже во время боя и забывала, что её жертвы тоже люди, то на досуге пускала горючие слезы и бежала в ближайший храм, чтобы поставить там свечку.
Девчонка положила ему руку на голову, а затем притянула к себе, поцеловав в губы:
— Миленький ты мой…. Поверь скоро эта война кончиться, и мы так хорошо заживем…
Юноша вполне резонно возразил:
— Как она может скоро кончиться, если враг у ворот Берлина. Эта бойня будет длиться еще, как минимум лет пять, пока мы возьмем Москву и Лондон!
Алиса тут уже сама оторопела:
