Битва

винтовки, пару раз наобум пустил короткие очереди «максим». Но это уже так, от избытка адреналина в крови, неприцельно. Так чем всё же засадили в нас из миномётов? Силу я всё ещё ощущаю, идущую сверху.
Силой тянуло и от Маши. Волшба у неё шла самая серьёзная, никаких сомнений. Лицо бледное, губа закушена до крови, руки сплетены перед грудью, вокруг неё кругами летает золотая звёздочка поискового заклятия. Где она сейчас находится — понятия не имею. Не думаю, что в нашем плане.
Столкнувшись с озабоченным взглядом Лари, я спросил, показав на колдунью:
— Это нормально? Ничего не случится?
Потому как если случится, то я лучше здесь с ней до конца отстреливаться буду.
— Она очень много силы тратит, — озабоченно сказала демонесса. — Она сильная колдунья, но сейчас… Я не знаю… Попытаюсь помочь.
Она открыла поясную сумочку из кожи василиска, отделанную драгоценным немутнеющим серебром, достала некий медальон, напоминающий большой платиновый орех, составленный из двух половинок. Оскалив острые зубы, стащила ими чёрную перчатку с узкой изящной ладони, затем выронила на неё, открыв крышечку медальона, крупный, странно огранённый рубин. От него прошла такая волна Силы, что я невольно попятился.
— Что это? — спросил я.
— Запас чистой Силы, — ответила Лари, зажимая камень пальцами. — Самый мощный целительный амулет, с границы нижних планов можно душу вернуть. Да ладно, один раз живём!
С этими словами она подсела к Маше сзади, левой рукой начала расстегивать пуговицы на её сорочке. Я поначалу чуть было не подскочил от возмущения, но вовремя спохватился. Всё верно, рука демонессы легла на «Глаз души» — ямочку между ключицами, на то место, через которое идёт поток Силы в заклинателя. Всё верно, куда я лезу со своими скудными знаниями, а точнее — с незнаниями?
Лари закрыла глаза, опустив голову и упёршись лбом в затылок колдуньи. Вихрь Силы заметно усилился. В нем появились какие-то новые, жаркие нотки. Сила, проходящая через демона, отличается?
Снова двойной разрыв наверху, и снова волна магии оттуда. Да что там происходит-то, а?
— Если портал будет, на конях уходить придётся? — спросил без особого вдохновения Балин.
Ну это понятно, почему без вдохновения. Гномы до седла охотники невеликие. Ладно, можно и обрадовать его:
— Пешком уходим. Если маяк есть и портал получится, то он куда-нибудь к «дому воинов» ведёт, никто за версту от него уходить бы не стал.
— Ну тогда ладно! — обрадовался гном.
Понятное дело. Так чем нас всё же обстреливают?
— Слышишь? — толкнул меня в плечо Орри, указав пальцем куда-то вверх.
— Что? — не понял я.
Снаружи доносились выстрелы и даже крики откуда-то издалека, совсем рядом тихо завывал смерч колдовского происхождения. А больше ничего нового.
— У, людишки! Уши не под то у вас заточены! — выругался подгорный житель. — Сейчас слушай!
Он практически насильно подтащил меня к стене и заставил прижаться к ней ухом. И тут я услышал.
— Это что?
— Не знаю. Было бы в шахте, сказал бы, что свод сейчас рухнет. А тут не знаю. Но ничего хорошего.
— Дай сюда!
Не дожидаясь возражений, я стащил у него со лба шофёрские очки, нацепил их и бросился к лестнице, на ходу обматывая лицо шарфом, который на бегу сдёрнул с ушедшей в волшбу демонессы — тем самым, из которого она себе раньше тюрбан крутила.
Вихрь встретил меня секущей лицо пылью, сразу вздыбившейся на мне одеждой, но в общем ничего страшного не произошло. Он должен был лишь колдовской туман отгонять. А вот мы и посмотрим, что там за туман. Быстро вскарабкался на первый этаж, высунулся из пыльного столба как играющий в прятки ребёнок, но ничего подозрительного не заметил. Полез дальше.
На втором этаже треск стал слышен намного сильнее, даже сквозь гул вихря. Я опять выглянул наружу, прищурился… Свод над комнатой рушился. Змеились появляющиеся на глазах трещины, мелкие камешки, отколовшиеся от массивных валунов, дождём сыпались на пол, а заодно и мне на голову. Я просто оторопел. Но ненадолго. Соскочил с лестницы, бросился к стене, от которой заметно несло магией, присмотрелся. Прямо сквозь камни на глазах прорастали тонкие древесные корни, раскалывая их на глазах. Я выдернул нож из ножен, поддел лезвием один из корней. Тот немедленно сжался, с такой силой обхватив острую сталь, что располовинил сам себя. И задёргался, будто от боли.
Да это же обычная друидская «Камнеломка», только с ещё какой-то гадостью, на неё навешенной, отчего в принципе мирное заклятие, предназначенное для благоустройства лесов, превратилось в нечто очень быстрое и столь же агрессивное. Прямо на глазах балки, удерживающие массивный потолок над моей головой, начали