Если уж влип в историю, надо всё же участвовать в ней до конца. И лицо сохранить, и вообще интересно самому, куда судьба приведёт, да и компенсировать понесённые расходы желательно. И с такой вот прозаической мотивацией бывший драгунский унтер, а ныне охотник на нечисть, нежить и прочих вредных тварей Александр Волков с новыми друзьями идёт до конца в своём невероятном путешествии.
Авторы: Круз Андрей
окраину. Попытки были. Но все закончились неудачей — воевать неудобно, противник всё время усиливает оборону, к тому же использует напропалую силы всех волшебников и магов, нашедших убежище в городе. То ловушки срабатывают, то болота шалят, то ещё что-то. И с реки не зайдёшь — монитору или канонерке скрытно не подойти, а за это время успевают снять бакены, а неразмеченный фарватер перекрыть минами. После затопления «Гоплита» атак с воды больше не было.
В довершение всего проскакивают время от времени слухи, что гуляйпольских тайно поддерживает Нижегородская республика, у которой есть неявный конфликт с Ярославлем по поводу огромного месторождения богатой металлом медной руды, что обнаружили выше по течению Велаги. Пока гуляйпольские контролируют устье Велаги, ярославцам туда ходу нет, а нижегородцы договорились — и гоняют оттуда баржи с ценным сырьём. А если Ярославль свою отколовшуюся землю опять к рукам приберёт — поминай как звали такое выгодное дело.
К полудню мы прошли двойную цепь бакенов, охраняемую береговым фортом и сторожевиком, обозначавшую границу княжества. Дальше пошла настоящая анархия — никто рекой не правил. Мы опять вытащили из трюма «максим», установив его в кормовой вахте. Ни один из нас в трюм не спускался, а мы с Балином в случае неприятных неожиданностей должны были бежать к пулемёту, где я выступал за наводчика, а он за помощника, следящего, чтобы лента подавалась без перекосов.
Оружие тоже держали на палубе — уже не двустволки, а приготовили всё, что у нас было пригодного для нормального боя. В этих местах берега реки контролировались несколькими маленькими аборигенскими княжествами, где порядка отродясь не было. Плавни давали возможность укрыть любое судно — от моторки до баржи, а десятки притоков, многие из которых были вполне судоходными, позволяли добраться до Великой злодеям из очень дальних земель, даже из Озёрного края, где половина населения пробавляется бандитизмом. Дойдут по притоку, грабанут кого-то — да и рванут обратно, только их и видели.
Однако судов на реке не наблюдалось. Пару раз замечали баркасы вдалеке, но те на нас никакого внимания не обращали. Часам к трём дня почти перед нами из притока появились два судна — впереди шёл катер с охраной, крепкая десятиметровая посудина с двумя «максимами», спереди и сзади. На катере, в окнах бронерубки и на палубе, виднелись люди в тёмно-синей с красным форме. Дружинники баронские. Следом за катером величественно и плавно скользил хаусбот[50] не меньше нашей баржи в длину, то есть метров так двадцать. И метров пять в ширину. Добротная, спокойная посудина, эдакий плавучий мини-дворец. Если не дворец, то особняк по крайней мере, даже по архитектуре. На крыше надстройки была терраса под тентом, на которой в креслах сидели два человека в белых расстёгнутых рубашках с бокалами вина в руках, — не стану скрывать, я их в бинокль рассматривал. Над ними развевался родовой флаг кого-то из них, состоящий из синих и красных полос с каким-то гербом в середине. На хаусботе суетилась прислуга. На корме стоял часовой с карабином, настороженно глядящий в нашу сторону.
Сидевшие наверху обладатели белых одежд окинули нас равнодушными взглядами, которые вырабатываются многими поколениями знатных предков, после чего вернулись к прерванной беседе. И затем понемногу стали удаляться. Всё же их посудина была самую малость быстрее.
— В Гуляйполе развлекаться едут, — пробормотал Балин.
— Думаешь? — спросил я. — Может, дальше?
— А куда им дальше? Все удовольствия на месте. В Гуляйполе половина местных дворян половину времени проводят. Сколько там поместий родовых спустили — не счесть, наверное.
— И как, отбирают? — заинтересовался я.
— А куда денешься? Должникам «Временную печать»[51] накладывают. Но имения их никому не нужны чаще всего — предлагают продать, а деньги привезти. Про баронство Ралле слышал?
— Ну да… есть вроде бы такое… Как раз вверх по Велаге. А что?
— Так тамошний владетель вообще скипетр свой с троном проиграл. В общем, когда приехали с него долг получать, наследник баронский, племянник, дядю родного мечом проткнул фамильным, а сам в замке заперся и давай от кредиторов отстреливаться. По слухам, до осады дошло.
— И чем закончилась история?
— По тем же слухам, как-то договорились. Заплатил что-то племянник. По крайней мере, налоги в баронстве в два раза выросли.
— Тогда точно заплатил, — усмехнулся я. — Да и поди не заплати… Думаю, что средняя гуляйпольская банда дружину заштатного барона в клочки порвёт при необходимости.
— Порвёт, — кивнул гном. — Особливо если учесть, сколько всяких колдунов да магов осело
