Стокгольм, середина августа. Небывалая жара в сочетании с магнитной бурей влечет за собой необъяснимый феномен — тысячи усопших неожиданно возвращаются к жизни. Их единственное устремление — вернуться домой, к родным и близким, на которых внезапно обрушивается непосильная ноша — необходимость принять решение. Психологический роман, сочетающий классические элементы жанра ужасов с тонкой эмоциональной подоплекой, «Блаженны мертвые» — в первую очередь книга о любви и человеческих отношениях, подвергающихся жестоким испытаниям перед лицом иррационального.
Авторы: Йон Айвиде Линдквист
воскрешение Евы уже перестало быть сенсацией.
Малер припарковался у входа в больницу, под знаком «Стоянка не более 15 минут», и с кряхтением принялся вылезать из машины. Старый добрый «форд-фиеста» все же не был рассчитан на сто девяносто сантиметров роста и сто сорок килограммов веса.
Так, сначала ноги, затем все остальное. Он прислонился к дверце машины и оттянул ворот рубашки. Под мышками уже выступили темные круги.
Перед ним возвышался корпус больницы. Огромный, словно застывший в ожидании. Ни звука, ни движения, и только мерное посапывание кондиционеров, легких этого притихшего здания, выдавало какую-то жизнь за его бетонными стенами.
Повесив сумку на плечо, Малер направился к входу. Посмотрел на часы. Без четверти двенадцать. Лужа у вращающихся дверей отражала ночное небо, смахивая на карту созвездий, а рядом, как верный часовой, стоял Людде и курил. Увидев Малера, он помахал ему рукой и швырнул окурок в лужу.
— Густав, какие люди! Ну как делишки?
— Да вот, потеем потихоньку.
Людде было около сорока, хоть он на них и не выглядел. Было в нем что-то болезненное — если бы не голубая рубашка с именем «Людвиг» на груди, его можно было бы принять за пациента. Тонкие губы, бледная, почти неестественно гладкая кожа, точно он сделал подтяжку или приложился лицом к аэродинамической трубе. Тревожные, бегающие глаза.
Для входа пришлось воспользоваться обычной дверью — вертушку отключали на ночь. Людде все время оглядывался, хотя в его бдительности не было нужды. Больница казалась вымершей.
Они миновали вестибюль и очутились в коридоре. Немного расслабившись, Людде спросил:
— Принес?..
Малер запустил руку в карман брюк и так застыл, не спеша вытаскивать руку.
— Людде, ты, кончено, извини, но эта твоя история…
Людде остановился с видом человека, оскорбленного до глубины души.
— Я тебя когда-нибудь обманывал? А? Хоть раз понапрасну языком трепал?
— Да.
— А, Бьорна Борга вспомнил? Ну да, ну да. Но там кто угодно бы спутал, зуб даю… А, ладно… Черт с тобой, подавись своими деньгами, Фома неверующий.
Людде сердито зашагал по коридору с такой скоростью, что Малер еле поспевал за ним. В полной тишине они спустились на лифте этажом ниже и пошли по длинному, чуть покатому коридору, в конце которого виднелась железная дверь. Людде «прокатил» карточку-пропуск через считыватель и демонстративно загородил собой кодовый замок, набирая комбинацию. Послышался щелчок.
Малер достал носовой платок и вытер лоб. Тут, внизу, было не так жарко, однако пробежка по коридору отняла у него последние силы. Он прислонился к стене, окрашенной в зеленый цвет, ощутив плечом приятный холод бетона.
Наконец Людде справился с замком. Даже издалека, через стены, Малер различал крики и бряцанье металла. Когда он сюда спускался в прошлый раз, здесь было тихо, как… ну, как в могиле. Людде многозначительно ухмыльнулся: «А я что говорил?» Малер кивнул и протянул ему мятые купюры. Людде тут же смягчился и сделал пригласительный жест рукой:
— Прошу! Сенсация ждет. — Он торопливо оглянулся в сторону лифта. — Остальные пользуются другим входом, так что можешь не беспокоиться.
Малер сунул платок в карман, поправил на плече сумку.
— А ты что, не идешь?
Людде фыркнул:
— И кто мне, интересно, потом работу будет искать? — Он ткнул пальцем в дверной проем. — Там лифт, спустишься этажом ниже.
Когда дверь за спиной Людде захлопнулась, у Малера поползли мурашки по коже. Несколько секунд он просто стоял у лифта, не решаясь нажать кнопку вызова. С возрастом он подрастерял былую отвагу. Снизу по-прежнему слышались крики и грохот, и Малер замер, пытаясь унять разыгравшееся сердце.
Его беспокоили не столько мертвецы, разгуливающие по коридорам, сколько тот факт, что он здесь без спроса. В молодости его бы это не остановило: «Люди должны знать правду», — рассудил бы он и полез бы в самую гущу событий.
А сейчас…
Да кто ты такой, что ты вообще здесь делаешь?
Он уже порядком заржавел и вряд ли обладал достаточной долей нахальства, необходимой в подобных ситуациях. Набравшись храбрости, он вызвал лифт.
Должен же я посмотреть, что там такое.
В шахте загудело, и Малер отшатнулся, прикусив губу. Все-таки он боялся. Насмотрелся фильмов. Сколько раз было — лифт поднимается, открываются двери — а там… Но лифт остановился без приключений, и через стеклянное окошко двери было видно, что внутри никого нет. Он вошел, нажал кнопку нужного этажа.
Кабина поехала вниз, и Малер
