Стокгольм, середина августа. Небывалая жара в сочетании с магнитной бурей влечет за собой необъяснимый феномен — тысячи усопших неожиданно возвращаются к жизни. Их единственное устремление — вернуться домой, к родным и близким, на которых внезапно обрушивается непосильная ноша — необходимость принять решение. Психологический роман, сочетающий классические элементы жанра ужасов с тонкой эмоциональной подоплекой, «Блаженны мертвые» — в первую очередь книга о любви и человеческих отношениях, подвергающихся жестоким испытаниям перед лицом иррационального.
Авторы: Йон Айвиде Линдквист
вещь, которой он дорожил. Петер иногда напоминал Флоре Снусмумрика, только вместо губной гармошки у него был этот мопед.
Флора взяла канистру и уселась на мопед за Петером. Она обхватила его руками, и они тронулись с места. По дороге они подобрали еще три канистры, выставленные у дверей. Петер на этом построил целый бизнес — помимо охраны велосипедов, он занимался тем, что привозил жителям Хедена все самое необходимое, в том числе воду. На какую-то жалкую тысячу крон в месяц, которую ему удавалось таким образом заработать, он и жил, отовариваясь в оптовых магазинах. Бывало, в конце рабочего дня ему даже перепадала коробка-другая непроданных овощей от рыночных торговцев из Ринкебю.
Они пересекли пустырь и выехали на Акаллавеген. На ближайшей бензоколонке Петер наполнил канистры водой. На часах было уже начало десятого, и стенды с газетами пестрели заголовками:
| ВОЗВРАЩЕНИЕ | ВОЗВРАЩЕНИЕ |
| ЖИВЫХ МЕРТВЕЦОВ | ЖИВЫХ МЕРТВЕЦОВ |
| СЕГОДНЯ НОЧЬЮ | ФОТОРЕПОРТАЖ |
| 2000 МЕРТВЫХ | с места событий |
| восстало из могил |
На развороте газеты, сулящей фоторепортаж, была опубликована какая-то нелепая фотография то ли драки, то ли вообще не пойми чего — люди в белых халатах, сцепившиеся с обнаженными стариками меж столов из нержавеющей стали. Другая фотография и вовсе смахивала на кадр из какого-нибудь фильма ужасов — старики в белых саванах бредут по ночному кладбищу.
— Ого, смотри, — кивнула Флора.
— Вижу, — ответил Петер. — Поможешь с канистрами?
Они привязали четыре двадцатилитровые канистры к багажнику. Флора оглянулась по сторонам, невольно испытывая разочарование. День как день, ничего особенного. Все так же светит солнце, машины заправляются, люди куда-то спешат. Флора зашла на заправку и купила обе газеты. Продавец молча взял деньги. На улице какой-то мужик, присев на корточки, ощупывал колеса своей машины, проверяя давление.
Как ни в нем не бывало…
Петер завел мопед, Флора запрыгнула на сиденье сзади него, и они поехали. Ничто вокруг даже отдаленно не напоминало о событиях этой ночи, перевернувших мир с ног на голову.
Она, конечно, смотрела трилогию Ромеро о живых мертвецах — не то чтобы она ожидала чего-нибудь подобного, но все же… Не может же быть, чтобы все свелось к паре газетных статеек?! Петер молчал — он вообще предпочитал нервы почем зря не растрачивать. Поэтому она к нему и приехала — чтобы избежать всей этой суеты. Но теперь, трясясь на старом драндулете с булькающими канистрами, Флора вдруг отчаянно захотела оказаться в суматохе города.
А вдруг все на этом и закончится? Потреплются с недельку — и все…
Флора со всей силы ударила кулаком по канистре. Потом, едва сдерживая навернувшиеся слезы, ударила снова. Петер не стал ни о чем спрашивать.
— Что с тобой, сынок? Ты не заболел?
— Да нет, просто… не выспался.
— Как прошло выступление?
— Все отменилось — ну, из-за электричества. Мам, нам вообще-то пора.
Давид протянул Магнусу
