Блаженны мёртвые

и постепенно задремала. Она долго еще то просыпалась, то засыпала, пока наконец не проснулась окончательно в начале двенадцатого, исполненная бодрости и радостных ожиданий.
А потом она посмотрела новости.
Ни слова о главном. Время от времени на экране мелькало лицо какого-нибудь священника или епископа, и о чем же они говорили? О взволнованных родственниках оживших, о телефонах доверия, о смятении, которое испытывает человек в подобных ситуациях и прочей ерунде.
Никакого смятения у Эльви и в помине не было — одна только злость.
Статистика, фотографии ночных эксгумаций. Власти раскопали чуть ли не все свежие могилы (как выяснилось, воскресли лишь те, кто скончался за последние два месяца), и теперь количество оживших приближалось к двум тысячам.
Премьер-министр только-только прибыл на родину, и его уже в аэропорту окружили репортеры. Сняв очки, чтобы подчеркнуть всю серьезность положения, премьер-минитср уставился близоруким взглядом в камеру и произнес, чеканя слова:
«Наша страна. Переживает грандиозное потрясение. Я надеюсь, что все. Проявят понимание. Дабы не усугублять. И без того сложную ситуацию. Я. И мое правительство. Сделаем все. Что в наших силах. Чтобы предоставить этим людям. Необходимый уход. И заботу. Но не будем забывать…» — Премьер-министр поднял указательный палец и со скорбным выражением лица огляделся по сторонам. Эльви напряглась, подавшись вперед всем телом. Наконец-то. Премьер-министр, выдержав паузу, продолжил: «Всем нам. Предстоит проделать этот путь. Эти люди. Точно такие же, как и мы».
Закончив таким образом свою речь, премьер-министр поблагодарил всех за внимание, и толпа журналистов расступилась, пропуская его к правительственной машине. Эльви от возмущения открыла рот.
И он туда же…
Ей было известно, что премьер-министр неплохо знал Библию и охотно при случае щеголял библейскими цитатами. Тем сильнее был удар, когда он ни словом не упомянул Священное Писание — сейчас, когда для этого самое время!
«Всем нам предстоит проделать этот путь!»
Эльви выключила телевизор, и у нее невольно вырвалось:
— Идиот!
Она слонялась по дому, не зная, куда деваться от злости. Войдя в гостиную, Эльви взяла со стола листы с псалмами, запачканные Туре, скомкала их и выкинула в мусорную корзину. Затем она набрала номер Хагар.
Хагар была ее подругой по церкви и рьяной общественницей. Вот уже двенадцать лет их троица — Эльви, Хагар и Агнес — готовила кофе и выпечку для субботних приходских собраний. Три года назад, когда Агнес подкосил радикулит, вся ответственность легла на плечи Эльви с Хагар.
Уже после второго сигнала Хагар схватила трубку.
— 612-12-96 слушает! — Хагар, страдающая легкой глухотой, почти кричала. Эльви отодвинула трубку чуть подальше от уха.
— Привет, это я.
— Эльви! К тебе, кажется, «Скорая» приезжала…
— Да, я знаю. Послушай, я хотела спросить…
— Слушай, это Туре, да? Он тоже?..
— Да.
— Вернулся?!..
— Да, да.
На том конце трубки повисла пауза. Затем Хагар продолжила, уже несколько тише:
— И что, прямо домой?..
— Да. Но его уже увезли. Я по другому поводу звоню. Ты новости смотрела?
— Еще бы, все утро. Нет, ты подумай! И что, очень страшно было?
— Ты про Туре? Ну, вначале немного… А потом ничего. Вообще-то я не за этим. Ты слышала обращение премьер-министра?
— Ну, — ответила Хагар, немного скиснув. — А в чем дело-то?
Эльви медленно покачала головой, забыв, что Хагар ее не видит. Уставившись на небольшую икону на стене прихожей, она отчетливо произнесла:
— Хагар… Ты мне лучше вот что скажи — ты думаешь то же, что и я?
— Про что?
— Ну, про все, что творится.
— А, Второе Пришествие?
Эльви улыбнулась. Она всегда знала, что на Хагар можно положиться. Она кивнула иконе с Христом-Спасителем и ответила:
— Ну да. Они же вообще ни словом про это не обмолвились!
— Да уж — Хагар опять повысила голос: — Кошмар! До чего докатились!
Они немного обсудили происходящее и распрощались, пообещав друг другу непременно что-нибудь предпринять, хотя что именно, было совершенно неясно.
Эльви немного полегчало. По крайней мере, она не одинока в своей вере. Возможно, кроме Хагар, были и другие, разделявшие ее убеждения. Эльви подошла к балкону и выглянула на улицу, словно высматривая тех самых других, и с удивлением обнаружила на небе тучу. Не просто облачко, подчеркивающее небесную голубизну, а самую настоящую грозовую тучу, ползущую так медленно, что сперва Эльви показалось, что та неподвижно висит над горизонтом. Темные клубы, сплетенные в мощный мускул, который вот-вот