Боевик-универсал

Будем разговаривать без галстуков. Я являюсь твоим мужем и сделаю с тобой все, что захочу. В этом мире у меня много прав, и никакой адвокат тебе не поможет. Я сорвал сетку, сделанную из золота и жемчуга, с ее волос и с наслаждением стал наматывать русые локоны на свой кулак.

— Что вы себе позволяете! — прошептала Алиана и прижалась своей спиной ко мне. — Я буду кричать, граф. Вы — насильник и уродливое чудовище.

Делай что хочешь — я обнял жену. Никто тебе не поможет. Ты полностью в моей власти. Я приник губами к ее нежной шейке. Боже, от ощущения тела Алианы в своих объятиях я сойду с ума. Я откинул ее голову назад и впился в губы Элы.

— Сними маску, Ветер, — всхлипнула она.

Не могу, мои руки слишком заняты, исследуя твое тело. Ты куда? Алиана, прекратив ласкать своим язычком мои губы, вырвалась из кольца моих рук, повернулась и решила сама меня обнять. Сияющие серые глаза и две дорожки слез на ее прелестном личике. Ее руки, обвившие мою шею, ее губы, опять припавшие к моим губам, ее тело, которым она вжалась в меня… Все, крыша у меня поехала, а разговор я начну позже. Тут такая удобная, на первый взгляд, кровать. Зачем ты плачешь, Эла?

— Ты нашел меня. Я не зря написала это письмо. Я не ошиблась, муж мой. Ты пришел ко мне.

Алиана сорвала с меня маску. Ах так? Тогда я сорву кое-что с тебя. Платье и короткие панталончики на тебе явно лишние. Я поставил полог молчания. Блин. Опять магическое истощение.

Я лежал рядом с женой и не знал, что мне делать дальше. Я не могу жить без нее. Без этого личика, которое она прижала к моей шее, без этого тела, которым она обвила меня. Значит, мне пора начать задавать ей вопросы, тем более что ее дыхание постепенно приходит в норму. Я перевернул женушку на спину. Не надо на меня так смотреть. Алиана, закрой свои сияющие глаза, или наш разговор сегодня не начнется. Я сомкнул ее веки своими губами.

— Не смотри так на меня, — сказал я. — Не открывай глаз, прошу.

— Я не смогу долго это делать — слишком долго я тебя не видела, — прошептала Эла. — Создатель, как я счастлива!

Котенок, которым успешно стала притворяться моя жена, начал тереться своей мордочкой о мою грудь. Алиана, так дело не пойдет. Мне работать надо. Я еще жить хочу, а после такой засветки мне будет трудно это сделать! Хотя, может, и наоборот. Героический граф-барон спас герцогиню и стал ее любовником. Реально? Очень даже да. Все, я отстранил Элу от себя. Раз. Покрывало кровати треснуло в моих руках. Еще немного потрудился, и у меня получились две очень симпатичные ленты. Сейчас я тебя буду мучить, пытать и допрашивать. Ты скажешь мне все. Я взял левую руку Алианы и привязал ее к изголовью кровати. Два. Осуществлю, так сказать, свои эротические фантазии. Жаль, что нет шампанского и всего остального. Так, правая рука женушки тоже крепко привязана. Три. Обойдусь без подарка, клубники и сливок.

— Что ты делаешь? — улыбнулась, не открывая глаз, Эла.

— Сейчас узнаешь, — пообещал я. — Сейчас ты все узнаешь — и все мне расскажешь.

— Не надейся, — усмехнулась Алиана.

— Придется, — успокоил ее я. — Жить захочешь — скажешь все.

Подушка треснула в моих руках. А что ты так счастливо смеешься? Сейчас ты мне расскажешь про свою чистую душу, про талию и все остальное. Как ты смогла меня обмануть своим телом, тоже все выложишь. Про различные делишки короны Мелора соловьем разливаться будешь. А потом я тебя спрошу про нашу свадьбу и так далее. Кстати, а почему я на твоем изящном пальчике не вижу кольца? А начну я с самого главного вопроса. У тебя чистая душа или нет?

— Ты мне изменяла? — спросил я.

— Да, — открыв свои глаза, усмехнулась стервочка. — Пятерых пропустила через свою холодную постель.

Вот это ты зря сказала. Как можно так нагло врать в лицо своему мужу?! Ты за кого меня принимаешь? Никого у тебя не было. Я приник губами к груди Элы и стал забавляться с розовым соском, а перо заскользило по ее телу. А вот это место у тебя особенно чувствительное. А если еще и так?

— Не надо! Прекрати или займись делом! — простонала Эла.

— Не надо врать, — усмехнулся я, оторвавшись от ее груди. — Зачем ты это делаешь?

— Какой вопрос — такой ответ, — фыркнула Алиана. — А у меня тоже есть к тебе вопросы, муженек. Кто была та шатенка в маске, которая несколько раз прижималась к тебе? Про нее говорили, что она твоя родственница. Кем она приходится тебе?

Недоброе предчувствие стало холодить мне грудь. Эла наблюдала за мной весь вечер. Как она меня расшифровала?

— Сестра, — сознался я.

— Евдокия, значит, — задумчиво