Богатая девочка

за тетрадкой по английскому. А Сидни в ванной.
— Хорошо, Эмма. До свидания. Передай Сидни, что мы уходим.
Когда шаги мамы стихли, девушка перевела дух.
В оцепенении стояла посреди комнаты, пока Эмма застилала кровать.
— Ну вот. — Подруга сложила игрушки, поправила плед и улыбнулась. — Ложишься?
Сидни задумчиво смотрела на кровать: ей не давал покоя красный ремень.
— Сид?
— Я провожу тебя вниз, — вздохнула Сидни. — Заодно возьму себе коки и чего-нибудь поесть.
— Поешь и сразу ляжешь спать, договорились? — Эмма окинула подругу испытующим взглядом.
— Конечно.
Внизу, в большом холле с мраморными полами, Эмма крепко обняла Сидни:
— Я так беспокоюсь за тебя!
Сидни заставила себя улыбнуться:
— Со мной все будет нормально. Правда.
— Выпей вместо коки горячего шоколада, — посоветовала Эмма. — Это поможет тебе уснуть.
— Хорошо.
Сидни проводила подругу и еще долго стояла на пороге, глядя ей вслед. У гаражей вспыхнул свет фар, послышалось урчание мотора, старенькая машина скрылась за углом дома. А девушка не уходила, погрузившись в свои мысли, потом, очнувшись от задумчивости, закрыла дверь и поднялась наверх.
Ей не хотелось шоколада.
И спать тоже не хотелось.
Ей хотелось найти ремень и записку.
«Они были. Я их видела. Я их найду».
Сидни открыла дверь спальни, нащупала на стене выключатель и зажгла свет.
У окна, прямо напротив двери, стоял Джейсон, глядя на Сидни мертвыми, ввалившимися глазами.

Сидни застыла на пороге, рука ее словно пришла к выключателю.
Сердце замерло в груди.
Она крепко зажмурилась, надеясь, что это всего лишь плод ее воображения.
Но когда девушка снова открыла глаза, Джейсон все так же стоял у окна.
Одежда его была вся в грязи и иле. Темная кровь запеклась на волосах, на светлом вороте рубашки
Кожа на лице и руках зеленоватая, с черным и потеками.
«Как заплесневевший хлеб, — невольно подумала Сидни. — Он разлагается! Вот откуда этот жуткий запах. Он мертв и разлагается!»
Губы Джейсона дрогнули. С подбородка сорвался ошметок гнилой кожи и упал на пол. Зубы его были все черные, в зеленоватой слизи.
— Сидни , — прохрипел Джейсон. Голос его был глухой, казалось, он доносился издалека.
Труп.
«Это труп ! — в ужасе думала Сидни.
Это не сон.
И не галлюцинация.
Джейсон воскрес из мертвых!
— Сидни , — снова прохрипел Джейсон.
Сидни задыхалась от удушливого запаха гнили. Ей хотелось зажать нос. Но рука ее соскользнула с выключателя и безвольно повисла вдоль тела.
Джейсон смотрел на нее в упор. И в следующий миг шагнул к Сидни.
К его ноге было что-то привязано. Что-то длинное, грязное…
И красное.
„Мой ремень“, — догадалась Сидни.
При каждом движении Джейсона свободный конец ремня хлопал об пол. Сидни хотела убежать, но ноги не слушались. Чтобы не упасть, она прислонились к косяку.
Джейсон сделал еще шаг.
— Вы убили меня , — медленно проговорил он.
„Нет!“ Сидни силилась закричать, но крик застрял у нее в горле. Она не могла шевельнуть ни рукой, ни ногой, не могла даже отвернуться.
— Эмма убивала меня, а ты стояла и смотрела . — Каждое слово Джейсона было словно пощечина. — Эмма убила меня. А ты ей помогала .
Всхлипывая и дрожа от страха, Сидни медленно осела по косяку на пол. Под руку ей попало что-то мягкое и пушистое.
Голди.
Она машинально подняла его и положила на колени, впиваясь ногтями в золотистый мех.
Джейсон приближался.
В воздухе стояло удушливое зловоние.
Стало холодно.
— Эмма убила меня , — хрипел Джейсон. — Вы убили меня .
Сидни забилась в угол, поджав под себя ноги.
— Вы убили меня… Вы убили меня…
Обеими руками стиснув плюшевого медвежонка, Сидни сжалась в комочек и затаила дыхание.
Джейсон был уже совсем рядом.
Сидни душили рыдания.
В ноздри бил мерзкий запах. В ушах стоял хриплый, безжизненный голос.
— Вы убили меня… — монотонно повторял он. — Вы убили меня…
Над Сидни нависла черная тень.
Повеяло холодом.
Ледяным дыханием смерти.

Эмма топнула ногой и раздраженно