Боги, дороги и рыжие неприятности

и костяная рукоять ножа тихо стукнула о бревно перед самым моим лицом. Приободрившись, я скомандовала:
— Теперь я возьму рукоять в зубы, а ты снимай ножны. Фше, штой ак и е ше-елишь!
Кто пробовал пилить толстую веревку, удерживая в зубах скользкую костяную рукоять, тот поймет, что мне пришлось тогда совершить, остальным же лучше о таком и не думать. Но я справилась и даже никого не порезала. Ай да я! Вдобавок с дров сползла почти без посторонней помощи, не рухнула лицом вниз на камни, и даже не разревелась от боли, растирая затекшие до синевы ноги.
Нет, после такого меня точно можно записывать в герои.
— Ты чего? — удивленно окликнула меня рыжая, когда я подобрала карту и заковыляла к одиноко стоящим на краю площадки сапогам.
— Да вот, удачу свою испытать хочу, — весело откликнулась я и заглянула в левый сапог. Он был до краев полон серого пепла. Высыпать не вышло — подошва намертво прикипела к камню площадки. Выругавшись, я неуклюже опустилась на колени и решительно сунула руку в легкий, все еще горячий пепел.
— Фу, блин, ну нафига так делать? — передернула плечами Избранная, отряхивая поднятый с земли плащ. И тут же заинтересованно подошла ближе: — Фу, ну и гадость! И че ты там ищешь, теплые носки?
— А что, пригодились бы. Но тут кое-что получше, — я потерла выуженный из сапога невзрачный серый кругляш о рукав. Блеснуло золото. — Запомни, рыжая, гадость будет, если пиво молоком разбавлять, а это, — я торжествующе потрясла монетой в воздухе, — целый сундук новенькой одежды, прямо из лавки. Еще сапоги новые и еды гора целая, и вообще много всего.
— Так, я что-то не поняла. Это ты меня сейчас типа на шопинг пригласила?- недоверчиво протянула Избранная, — В смысле, мы реально что-то будем покупать? Учти, если это опять твои шуточки, я за себя не отвечаю!
В ответ я только фыркнула и полезла проверять второй сапог.
Глава 9
До Верхнего Передела мы все-таки дошли, но к тому времени от радужного настроения моей подопечной не осталось и следа, да и я, признаться, подрастеряла боевой настрой. Все-таки трястись в седле на ледяном ветру без куртки и сапог то еще удовольствие. Хорошо еще, что у рыжей сигфридов плащ остался — в своих тряпочках она бы до города живой не доехала.
Сориентировалась я быстро, стоило нам только выйти на дорогу. Места там приметные, не пустоши какие-нибудь: дорога все время вверх идет, а по сторонам террасы каменные, будто огромные ступени. Даже горы виднелись, еле различимые на горизонте. Если все пройдет как надо, то завтра к полудню мы будем у перевала, а там и до торговых путей недалеко.
— Не, ну ты издеваешься, что ли? — простонала моя подопечная, когда до города оставалось каких-то три куска, — Какого черта мы вообще по этим дорогам тащимся? Ну, вот же срезать можно, тут с полкилометра всего напрямик, а мы прыгаем, как пара дебилов туда-сюда, туда-сюда. У тебя что, счетчик включен, типа как в такси? Или с дороги сойти религия не позволяет?
Угу, напрямик. Умная, аж страшно.
Остановив лошадок, я ткнула пальцем в один из валунов на обочине:
— Камень этот видишь? Теперь чуть дальше и правее гляди, где куст колючий с желтыми листьями. А теперь чуть ниже взгляд опусти…
— Ой, мамочки! — взвизгнула моя подопечная и отшатнулась назад так, что чуть с лошади не свалилась.
Было бы чего пугаться, в самом деле. Конечно, если не вглядываться, то между нами и городом лежало каменистое плато, довольно ровное и безопасное. Зато на втором слое был разлом такой ширины, что до другого края камнем не добросить.
— Вдоль дорог и не такое бывает, — наставительно изрекла я, — поэтому напрямик никто и никогда не ходит.
— Как ты это делаешь? — голос Избранной все еще дрожал, но в глазах уже разгорался какой-то нездоровый огонек.
— Делаю что? — искренне не поняла я.
— Видишь всякое… ну, вот такое, — махнула она рукой в сторону пропасти, и выпалила: — Я тоже так хочу! Научишь? Хотя не, забей, я и так поняла! Надо типа вдоль смотреть и, как бы, еще и в глубину. Так, да? — и она напряженно уставилась вдоль дороги, аж глаза к носу съехались.
— Нет, не так. Еще… — попробовала было возразить я, но меня уже не слушали.
— Ой, не надо ля-ля! — отмахнулась моя подопечная. — Агаа, значит, так оно и делается! Вот смотри, сейчас я возьму за ориентир вооон то дерево иии….
— Ну и окажешься возле дерева. Дальше что? — хмуро поинтересовалась я, наблюдая, как это рыжее недоразумение бестолково ерзает в седле. — Ай, ну конечно же, только так все и делается: на дорогу вышел, и скачи себе, как блоха полоумная. Если повезет, то куда-нибудь доскачешь, а если очень сильно повезет, то может, и куда надо попадешь, лет так через семь. Ну а что, жизнь