Боги, дороги и рыжие неприятности

и говорящие кони…
— Они не говорящие, — вставила я, но рыжую уже несло:
— А я всегда знала, что не такая, как все! У меня интуиция такая, что ого-го и сны через раз сбываются, и вот со всем этим я, типа, должна как все в институт долбанный ходить? Потом работа с восьми до пяти, дома муж на диване в тапочках, дети орущие, и вот мне уже сорок и жизнь прошла мимо, и можно уже начинать носки вязать и сериалы смотреть. Так, да? А если я не хочу?!! Может, мне суждено совершить что-то великое? Да я с пяти лет жду, когда уже случится что-нибудь эдакое, и меня заберут туда, где моя настоящая судьба! И вот теперь я здесь, я действительно Избранная и целый мир в моих руках и… и тут выясняется, что магии нет. Это как вообще?
— Обычное дело, — пожала плечами я, кутаясь в плащ и вытягивая ноги поближе к огню, — Фантазии это одно, а жизнь совсем другое. И чего тебе в своем мире не сиделось, не пойму никак. Что плохого в муже и детях?
Вот только Избранная меня уже не слушала.
— А вдруг она у меня есть, только я об этом пока не знаю? — задумчиво бормотала она, усевшись рядом со мной и таращась в костер. — Вдруг я повелительница пламени?
— Так проверь, что ли, — предложила я, просто потому, что устала слушать ее глупости. — Руку туда сунь, а лучше сразу голову. Хоть и вся залезай, только не ори слишком громко — я спать собираюсь.
— Да ну тебя! — возмущенно фыркнула «повелительница» и обиженно замолчала.
Я устало прикрыла глаза. Сидя спать последнее дело, утром спину не разогну. Надо встать и что-нибудь придумать, но как же не хочется шевелиться. Если бы не солнце, бьющее прямо в лицо, то можно было бы и так…
Стоп, что еще за солнце посреди ночи?
Пришлось открывать глаза. Оказалось, я больше не сижу, прислонившись спиной к камню, а лежу на земле и голова моя в каком-то полушаге от кострища.
Сонливость слетела сразу, я вскочила, как подброшенная, лихорадочно выпутываясь из плаща и затравленно оглядываясь. При дневном свете все выглядело иначе, но это точно было то же место, где мы вчера остановились, только костер прогорел. Моя подопечная безмятежно спала, свернувшись на мешке с одеждой и укрывшись моей старой юбкой.
Спросонья мне потребовалось немало время, чтобы понять: в этой мирной картинке не хватает одной очень важной детали. Даже двух. Зато было кое-что новое: сдвоенные следы копыт, огибающие камень.
— Что случилось? — сонно пробормотала разбуженная моей руганью Избранная.
— Сущие пустяки, — сварливо отозвалась я. — Лошади сбежали, только и всего. Ах да, еще вся наша еда была в сумке, сумка на седле, а седло ускакало вместе с одной из твоих обожаемых кобыл. Ну ничего, завтрак и обед мы все равно проспали, так и без ужина разок обойдемся. Или не разок, потому что все наши деньги сейчас там же, где и еда. В остальном же все просто превосходно!
— И всего-то? Я уже думала война… — протянула рыжая и повернулась было на другой бок, но тут до нее дошел смысл моих слов: — То есть как еда ускакала? Мы же с позавчерашнего дня не жрамши! И что делать теперь? Охотиться?
— Потрясающая мысль! Лес вон там, приступай, — я даже направление ей указала.
— Очень смешно, — огрызнулась Избранная, поднимаясь на ноги. — И хватит срываться на мне, я тебе не девочка для битья! И тут твой косяк, а не мой, потому что кошелек в сумке держать это просто супер-дупер- мегатупо.
— Да знаю я, — откликнулась я уже спокойнее,- но этот кошель мне весь живот натер, а красть его тут, вроде как, некому было. Думала, до города полежит, а там перепрячу. Эх, да что уж теперь. Как-нибудь потерпим еще немного. Мы на имперском торговом тракте, а значит, где-то недалеко есть Привал. Это что-то вроде постоялого двора, их по приказу Императора по всем главным трактам настроили на расстоянии дневного перехода. Если повезет, сможем там раздобыть еды. Может, кто-то добренький и до столицы довезет. Полдня мы потеряли, но если пойдем налегке, то к закату успеем.
— Оставить все шмотки? Ты что, с дуба рухнула? Только через мой труп! — моя подопечная вцепилась в мешок, как голодная собака в кость.
— Тихо ты, накличешь еще! — хмуро одернула я эту помешанную на тряпье особу, — Ладно. Тогда сама его и неси, я помогать не стану.
Избранная упрямо вскинула подбородок и взвалила мешок на спину. Вот же, нашла время капризничать! Тряпки эти, конечно, не особенно тяжелые, но без груза мы бы двигались быстрее и точно успели бы на Привал до темноты.
— Ты хоть знаешь, в какую сторону идти?
Мне кажется, или кто-то действительно пытается ехидничать? Это она зря.
— С чего бы мне знать такие вещи? — сладенько пропела я. — Ах да, я же с утра еще проводником была. Вроде бы. Нет, я почти уверена. Или это все-таки была не я?
— Да ну тебя, я же серьезно спросила,