Боги, дороги и рыжие неприятности

уходите!
— Пойдем, Ирина, нас ждут, — позвала я, поднимаясь на ноги и направляясь к двери.
Пес их знает, что за порядки в этом замке. Вот опоздаем мы к ужину, хозяин разгневается, да и прикажет служанок высечь. Слыхала я, что в богатых домах вечно бьют не того, кто заслужил, а того, кто чином пониже. Жалко девчонок.
— Никуда я не пойду, пока не услышу нормальных человеческих объяснений. Что это было вообще, вот только что? — заупрямилась было моя непонятливая подопечная, но я бесцеремонно ухватила ее под локоток и потащила за собой, приговаривая:
— Давай я тебе сама все-все объясню, только не здесь, хорошо? По дороге поговорим.
— Вот прямо сейчас и начинай, — потребовала она, но все же позволила вывести себя из комнаты. Эх, легко сказать, «начинай»…
— Если совсем коротко, то нас только что посетил неупокоенный дух, а девка глупая с перепугу чувств лишилась и столик расколотила, — нехотя пояснила я, и добавила на всякий случай: — Ты эту тетку не бойся и, главное, не ходи за ней никуда.
— Это что, типа призрак, да? — нервно передернула плечами рыжая, — Вот жесть! Слушай, а ты не обозналась по случаю? Нормальная вроде тетка, ничего такого…
Так, все ясно. Неупокойников в ее мире тоже нет.
— Будто ты знаешь, какое «такое» должно быть, — проворчала я. Делать нечего, пришлось объяснять как маленькой: — Обычно после смерти дух отправляется к предкам, а тело на костер, но бывает и по-другому. Тело без духа от человека отличить проще простого: оно гниет, воняет и пытается тебя сожрать.
— Вроде зомби? — влезла моя нетерпеливая спутница. — Знаю, им чтобы убить надо башку снести, а если укусит, то ты станешь как они.Только если тебя насмерть укусят и погребением никто не озаботится, — поправила я и добавила строго:- Не перебивай, я важное рассказываю. Так вот, с телами без духа все понятно: сразу бей в голову, чтоб череп расколоть, а не сможешь, так беги и не останавливайся — эти твари настырные, но не очень-то быстрые, кто-нибудь ее скоро заметит и упокоит. С духами без тел немного сложнее, эти могут и за человека сойти. На свету они ничего сделать не могут, так что стараются завести куда-нибудь, где потемнее. Вообще, если сомневаешься, человек перед тобой или нет, то сразу спрашивай его о чем угодно. Мертвяки не разговаривают.
— А может она просто немая? — спросила моя отважная спутница с надеждой.
— И тень свою просто где-то потеряла случайно, — в тон ей подхватила я, — ногами при ходьбе двигать забыла, а служанка так перепугалась потому, что сотню золотых ей должна с прошлой осени и возвращать нечем.
— Ой, да поняла я, не язви! Но надо же что-то делать! — воскликнула Избранная и горестно всплеснула руками, — Она же страдает, наверное, оттого и злится.
Наш провожатый отчего-то споткнулся и чуть не скатился по ступеням.
— Нам-то какое до этого дело? — искренне удивилась я столь трогательной заботе о незнакомой и крайне неприятной женщине.
— Надо обязательно помогать всем, кто попал в беду, — наставительно изрекла моя не в меру жалостливая спутница, — и тогда тебе тоже всегда протянут руку помощи!
— Большей глупости в жизни не слышала, — совершенно искренне призналась я, — но, если так уж приспичило, можешь потом вернуться сюда и помогать бедняжке, пока совсем не поможешь. Ей-то спешить уже некуда, а вот нас с тобой время поджимает.
— Злая ты, все-таки, — преувеличенно громко вздохнула будущая спасительница мертвяков. — Нет в тебе сочувствия к ближнему!
— Хватит болтать, мы, кажется, пришли, — шикнула я и чуть замедлила шаг, пропуская свою спутницу вперед. Если повезет, то она сможет ненадолго отвлечь нашего не в меру гостеприимного хозяина своим ярким нарядом, и я успею оценить, что он из себя представляет.
— Вот я балда, совсем забыл! — вдруг хлопнул себя по лбу парнишка-провожатый, — Я же должен сейчас вас представить, а имен-то и не спросил!
— Я Эльга, а это Ирина, — поспешно откликнулась я. Еще не хватало, чтобы рыжая снова принялась прозвища выдумывать.
— Прекрасные и благородные леди Эльга и леди Ирина, — истошно завопил юнец, распахивая перед нами тяжелую дверь, украшенную затейливой резьбой.
Мы с рыжей шагнули на отполированный до зеркального блеска пол малого пиршественного зала. Конечно же, малым он был только по названию, но после «малого» каминного зала сложно было ожидать чего-то другого. Вот чего я никак не ждала, так это мягкого полумрака, чуть разбавленного мерцанием свечей, и тихой музыки, доносившейся непонятно откуда. При нашем появлении, из массивного кресла во главе стола поднялась черная тень и шагнула нам навстречу.
— Почему здесь так темно? — дрожащий голос моей спутницы заставил меня нервно подскочить. — Я совсем