Пять частей романа — это пять трагических судеб; пять историй о дружбе и предательстве, вере и вероломстве, любви и равнодушии, о том, как делаются в современной России Большие Деньги и на что могут пойти люди, когда Большие Деньги становятся Большой Пайкой; это пять почти документальных биографий, за которыми встает история новейшего российского бизнеса. Восемьдесят пять лет назад американский писатель Теодор Драйзер создал знаменитые романы «Финансист» и «Титан» о власти денег. «Большая пайка» — это дебют Юлия Дубова, первый роман о бизнесе, написанный непосредственным участником событий.
Авторы: Дубов Юлий Анатольевич
ресторане у трех вокзалов, еще при советской власти. Плати трояк — и вперед. Они пару месяцев так поработали, а потом прогорели. Наши приходят, трояк платят и, пока десяток яиц вкрутую не схавают, не успокаиваются. Только потом начинают завтракать.
Интересно, как они в Турции с этим шведским столом не прогорают? Видать, наших мало ездит.
С турбюро главное дело, чтобы не кинули. А то красивые картинки покажут, понаговорят с три короба, ты бабки выложишь, а потом окажется, что отеля такого вообще нет или до моря три километра пешкодралом шлепать. Обычное дело. Жулья сейчас развелось — ты не поверишь. Я тут на оптовый рынок заскочил за сигаретами, взял три блока «Мальборо». Там это дешево. Приехал домой, распечатал, а внутри «Пегас» сраный. Я туда еще пару раз заезжал, все хотел найти духа, который мне это дерьмо запарил. Куда там!
А на днях был случай — обхохочешься! Шеф мой ездит на мерине. Шестисотый, к слову сказать… Повезли его вечером на дачу, под Москвой. Там кругом начальство живет, министры всякие. По вечерам друг к другу в гости ходят, будто на работе времени поговорить нету. И у шефа там дача. Дом здоровый, а рядом пристройка для прислуги, охраны, водителей. Кругом забор, ворота, на воротах шлагбаум, охрана стоит с оружием. Все равно что у нас в часта. Без специального пропуска хрен въедешь. Да еще документы у всех проверят, машину снизу зеркальцем посмотрят, чтобы мины какой не было или еще чего. Короче, люкс.
Значит, прибыли мы Шеф как раз улетать собирался, вот и заехал переодеться. Пока он там ковырялся, мы к себе в пристройку зашли — чайку попить, на зуб чего-нибудь бросить. Минут десять нас не было, не больше, вот ей-богу не вру! Через десять минут выходим — шефовского «мерседеса» нет. Мой джип стоит, а «мерседеса» нету. Его шофер засуетился, забегал — нет мерина, хоть ты тресни. Мы к воротам на джипе. Там кагэбэшники. Только что, говорят, просквозил ваш «мере», мы думали, это как раз вы и проехали. Еще, говорят, удивились, что без сопровождения. Наша охрана на них наехала — кто, орут, за рулем был? Кого впускали-выпускали? Ну, с концами, конечно. Ничего не видели, ничего не знают, из чужих никто не проходил и не проезжал. Прямо какой-то дух сам собой из воздуха появился, за десять минут завел «мере» на глазах у всех без ключей, сигнализацию отключил и слинял.
Во как!
Шеф выскочил, послушал охрану, аж почернел весь, ко мне в джип вскочил — и в аэропорт. Сильно расстроился. Обычно он и поговорит, и спросит про что-нибудь, а тут молчал всю дорогу, только по мобильному телефону названивал.
Такие дела… Короче, ты не тяни насчет отдыха. Оттянемся во весь рост.
Только девок надо с собой брать. А то, наши рассказывают, там за трах платить надо — немерено. Будто у них это самое место из золота сделано.
Все, Петюня. Жду ответа. Нашим привет.
Шурик.
Есть ли на свете человек, застрахованный от ошибок? Разве только папа римский, и то — это вовсе не медицинский факт, а всего лишь результат всеобщей договоренности. Так за что же карать человека, многократно доказавшего свою преданность делу? И Борис Николаевич его помнит. Кого он увидел первым тогда, утром девятнадцатого августа, когда самые верные разбежались по углам, как тараканы? Полковника Василия Корецкого, который подошел к нему, отдал честь и сказал, что пришел служить новой России. Разве забываются такие вещи? Но в этом деле полковник, конечно, дал маху. Доверился ненадежной агентуре, взял бумаги из грязных, а возможно, окровавленных рук. Ему бы поинтересоваться, откуда документы, по какой-такой причине ему их принесли… А он поставил свои личные интересы выше интересов дела. Выше безопасности государства. Обрадовался, что есть возможность посчитаться с каким-то мозгляком. С его женой он, видите ли, когда-то спал… Смешно, право. Полковник-видный мужчина, настоящий русак, кровь с молоком, на тренировках двухпудовые гири по тридцать раз жмет. А этот — тьфу, смотреть не на что. Плюгавенький, вертлявый, слова сказать по-человечески не может, все «э-э э» да «бэ-э-э». Бутербродиков, говорит, не найдется? Весь день не ел. И видно ведь, что врет, ест через силу, давится, но тянет время, чтобы подольше в кабинете посидеть… Нашел, тоже мне. к кому ревновать.. Но тут уж ничего не поделаешь. Слишком разошлась информация. Генеральный прокурор вчера спрашивал… министр внутренних дел тоже… Неужели он и у них бутерброды ест? Так, глядишь, до Бориса Николаевича дойдет. Надо, надо реагировать, хотя и жалко Корецкого. Не пропадет, впрочем. Завтра не забыть позвонить, просили толкового человека, чтобы возглавил аналитический отдел службы безопасности банка. И Корецкий нормально
