Пять частей романа — это пять трагических судеб; пять историй о дружбе и предательстве, вере и вероломстве, любви и равнодушии, о том, как делаются в современной России Большие Деньги и на что могут пойти люди, когда Большие Деньги становятся Большой Пайкой; это пять почти документальных биографий, за которыми встает история новейшего российского бизнеса. Восемьдесят пять лет назад американский писатель Теодор Драйзер создал знаменитые романы «Финансист» и «Титан» о власти денег. «Большая пайка» — это дебют Юлия Дубова, первый роман о бизнесе, написанный непосредственным участником событий.
Авторы: Дубов Юлий Анатольевич
устроится, и надежный источник информации будет…
Пашку жалко… Эх, Пашка, Пашка… Какая же сука тебя все-таки грохнула? Ведь удумали же, гады, танк сперли. Тут еще подумать не мешает… Долг-то у этого, вертлявого, как ни крути, а был. С него станется! Заказать Пашку, взять документы, через своих черножопых переправить Корецкому, а потом на него же и свалить. Дескать, откуда бумаги, пусть объяснит… Да нет, слишком сложно. И потом, что ему три миллиона? Он одних «мерседесов» за год, почитай, штук пятьсот продает, не считая всего остального. Да отечественных — чуть не тридцать тысяч. И еще эта история с СНК. Заберет под себя Завод, ей-богу заберет. Надо будет приглядеться к нему получше. В большую силу может войти. И либо его сейчас приручать надо, либо потом воевать придется. Решено, короче.
Корецкий уходит.
Проблему урегулирования долгов по иномаркам Ларри полностью принял на себя. Виктору он сказал скупо:
— Посчитай все. Нормально посчитай, дай мне бумажку. И забудь про всю эту историю. Я разберусь. Если к тебе будут вопросы, переводи на меня.
Виктор снова остался без дела. Хотя пожаловаться на то, что ему скучно, не мог. Дела об убийствах Беленького, Пасько и Курдюкова довольно быстро перекочевали в Москву и были взяты на контроль Генеральной прокуратурой, после чего в «Инфокар» зачастили люди из следственной бригады. Вопросов они задавали много, а отвечать на них, кроме Виктора, было некому. Да, знал. Да, были дела.
Покупали машины, потом продавали, потом рассчитывались. Да, есть задолженность.
Но она не просрочена, имеется акт выверки, в котором, с согласия сторон, окончательное урегулирование отношений перенесено на конец года. Обратите внимание, мы продолжаем платежи. Неделю назад заплатили, через пять дней заплатим еще.
По мере получения ответов следователи мягчели на глазах. Этому немало способствовала и весьма доброжелательная по отношению к «Инфокару» информация, поступавшая от зиц-председателя Горбункова — единственного уцелевшего руководителя Ассоциации содействия малому бизнесу. Горбунков был приглашен к Ларри на собеседование, провел в его кабинете без малого четыре часа, вышел задом и непрерывно кланяясь, после чего стал кричать на всех углах, что такой добропорядочной фирмы, как «Инфокар», нигде на свете больше нет.
В этом он был совершенно прав, потому что, как выяснилось, деятельность Ассоциации одним «Инфокаром» не ограничивалась. И если Виктор, вовремя предупрежденный Федором Федоровичем, никаких вольностей себе не позволял, то другие партнеры вели себя более свободно. Господин Горбунков, подписывавший все бумаги, но к переговорам, в силу своей малости и несущественности, не допускавшийся, под перекрестными взглядами следователей чувствовал себя чрезвычайно неуютно.
— Это ваша подпись на договоре? — спрашивали его, — Моя, — честно признавался Горбунков.
— А на товарно-транспортной накладной?
— Тоже моя.
— Значит, товары вы поставляли?
— Выходит, что так, — с душевной болью говорил Горбунков.
— А деньги где?
Горбунков смотрел в окно, краснел и тосковал, пытаясь припомнить, что ему известно из области уголовного законодательства.
Ларри как раз и взялся, по возможности, отмазать Горбункова.
Руководствовался он, естественно, не альтруистическими соображениями. От Горбункова он хотел максимально лояльного отношения к «Инфокару». А главное — подробной информации о должниках Ассоциации. Должники эти — разнообразные АО и ТОО — после смерти Беленького скоропостижно захирели, телефоны в их офисах перестали отвечать, а банковские счета мгновенно опустели. Но то, что для следователей,бессильно матерившихся при обнаружении очередной, зарегистрированной на имя давно скончавшегося человека фирмы, являлось непреодолимой проблемой, для Ларри было достаточно открытой книгой. По своим личным каналам, через Федора Федоровича или же Ахмета он безошибочно выходил на настоящих владельцев, назначал встречи, проводил переговоры. И согласовывал условия, по которым будет гаситься задолженность. Если владельцы начинали брыкаться, Ларри разводил руками и менял тему разговора. Как правило, дня через два владельцы выходили на него сами и предлагали продолжить обсуждение.
Платон не зря называл Ларри коммерсантом от бога. Не менее трети инфокаровской задолженности было покрыто чужими деньгами. А Горбунков, плечи которого все заметнее распрямлялись по мере того, как на счет Ассоциации капали деньги, считавшиеся безвозвратно погибшими, смотрел на Ларри, как на мессию.
Кстати говоря,
