действие порошка Лебедева заканчивалось. Сейчас ее вновь скрутит неведомая болезнь, которую возрожденный бог Сома подарил каждому почитателю. Или профессор что-то перепутал в древних текстах?
— Надежда Петровна, как вы узнали, что следствие по делу профессора веду именно я? — спросил Ванзаров.
— А с чего вы взяли, что я узнала? — ответила Уварова вопросом на вопрос.
— Но ведь это вы дважды телефонировали мне с угрозами? — Ванзаров решил идти до конца и не обращать внимания на удивление Джуранского и Лебедева.
Уварова подняла на сыщика глаза.
— Господин полицейский, не говорите глупостей! Я и имени вашего не знаю… — пробормотала она и охнула, не выдержав приступа боли.
— Родион Георгиевич, нельзя давать лекарство, надо подождать хотя бы два часа! — прошептал Лебедев.
— Ну хорошо, оставим это… — сказал Ванзаров с тяжким вздохом. — У меня, Надежда Петровна, последний вопрос: подскажите, где находится госпожа Ланская?
Скорчившись от боли, Уварова отрицательно замотала головой.
— Вы можете пытать меня каленым железом, но я никогда не выдам полиции своего… — но договорить она не смогла.
Сыщик крутанул ручку, поднял рожок телефонного аппарата и назвал барышне на городском коммутаторе секретный номер заведующего Особым отделом.
Видя, что Уваровой стало совсем плохо, Лебедев не выдержал и смешал с водой еще одну порцию белых порошков. Джуранский, не теряя бдительности, подвинул стул и устроился за спиной арестованной.
Макаров долго не отвечал. Родион Георгиевич собрался уже повесить трубку, как вдруг в глубине черного рожка что-то щелкнуло.
— У аппарата, — сказал мрачный голос.
— Здравствуйте, Николай Александрович, это Ванзаров.
— В чем дело?
— Тот, кто вас интересует, находится у меня в кабинете и…
— Немедленно выезжаю! — перебил статский советник.
Не прошло и десяти минут, как дверь распахнулась, и в кабинет Ванзарова влетел Макаров, за которым следовало трое господ в одинаковых пальто.
Заведующий Особым отделом сразу шагнул к Уваровой. Надежда только-только пришла в себя, порошок Лебедева еще не успел полностью подействовать, и она смотрела на Макарова мутными глазами.
— Что с ней? — резко спросил Макаров.
— Сильное наркотическое опьянение, — ответил эксперт, собирая походный чемоданчик.
— Она сможет отвечать на вопросы? — встревожился Макаров.
— Какое-то время сможет. — Лебедев защелкнул замочки чемоданчика. — Я, Родион Георгиевич, не прощаюсь, посижу в кабинете Мечислава Николаевича.
Эксперт вышел, демонстративно громко хлопнув дверью. Между тем один из одинаковых господ занял место у вешалки, перекрывая выход, второй — у стола Ванзарова, держась чуть сзади Макарова, а третий, бесцеремонно отпихнув Джуранского, встал за спиной Уваровой.
— Посторонних прошу выйти! — покосился заведующий Особым отделом на непонятливого ротмистра.
— Мечислав Николаевич, пожалуйста, навестите Курочкина! — как можно мягче попросил Ванзаров.
Джуранский резко кивнул и выскочил из кабинета.
— Мне тоже выйти? — мирно спросил сыщик, собирая со стола бумаги в докладную папку и незаметно пряча дерзкую записку Ланской.
— Останьтесь… — Макаров схватил стул и сел так близко к Уваровой, что задел ее колени.
Взгляд девушки прояснился. Она осмысленно вглядывалась в особиста.
— Пожаловала матерая ищейка! — выдавила из себя Уварова и улыбнулась.
— Где нашли? — проговорил Макаров, неотрывно разглядывая арестованную.
— В «Черной Башне» — спокойно ответил Ванзаров.
— Где?!!
— Модный салон курения опия некоего Ивана Богородова на Седьмой линии.
— И что она там делала?
— Хотела купить опий. Но у хозяина кончился запас… — Родион Георгиевич излишне нервно подправил усы. — И госпожа Уварова отправилась в аптеку Пеля за морфием. Но благодаря ротмистру Джуранскому подозреваемая была задержана в вагоне конки.
— Оказывала сопротивление?
— Госпожа Уварова не в состоянии была даже сидеть, и господину Лебедеву пришлось оказать первую помощь прямо на месте.
— Она приняла опий?
— Боюсь, что опием здесь не обошлось… — проговорился Родион Георгиевич.
Макаров резко повернулся и в упор посмотрел на сыщика.
— Вы ее уже допрашивали? — с холодной угрозой спросил статский советник.
— Нет, нет, Николай Александрович! — отмахнулся Ванзаров. — Во-первых, дама в таком состоянии, что еле ворочает языком. А во-вторых, я же помню вашу просьбу! Вот ее вещи…
Сыщик показал на дамскую сумочку. Ее
