К юной журналистке Галине Переваловой случайно попадают ключи – от какого замка, ей еще предстоит узнать. В тот же день с ней начинают происходить неожиданные и очень неприятные события, в результате которых она начинает догадываться, что просто так от ключей избавиться невозможно – слишком многие силы проявляют к ним интерес. Понимая, что волею случая оказалась в гуще криминальных разборок, Галочка призывает на помощь свою бабушку – несравненную, непобедимую и легендарную бабулю, которой не раз приходилось бывать в куда более опасных переделках.
Авторы: Зубкова Анастасия
что она уже сутки как выписалась.
— Где же вы шлялись целых три часа? -противным голосом спросила я.
— Запомни, детка, -назидательно заявила бабуля, присаживаясь рядом с Евгением Карловичем и пристраивая свой сверток на коленях, — твоя родная бабуля не шляется, а ездит, гуляет, или перемещается, на худой конец.
— Хорошо, -покивала я, — где же вы перемещались?
— Да где только не перемещались, -ухмыльнулась бабуля, — в основном, мы забирали свой заказ от очень хорошего человека.
— И что же там наваял ваш хороший человек? -спросила Катерина, заправляя салат майонезом.
— А вот что, -ухмыльнулась бабуля и развернула свой сверток. На ее коленях лежала картина руки великого Леонардо да Винчи, вернее, точная ее копия.
— Чтоб я сдохла, -выдохнула я, нащупала стул и тяжело опустилась на него.
— Поживи еще, детка, -похлопала меня по плечу бабуля, — начинается самое интересное.
Я не нашла ничего лучшего, как покориться жестокой судьбе — слишком хорошо я знала, что бабуля считает интересным.
— Это копия? -на всякий случай поинтересовалась я.
— Ну не подлинник же! -возмутилась бабуля моей тупостью, — представь себе: мы бегаем по всему городу с подлинным картоном, завернутым в папиросную бумагу!
— Может, поедим? -тоскливо протянула Катерина.
— И на фига нам эта копия? -проигнорировала я ее стон.
— Ну, -пожала плечами бабуля, — на стрелку с Серегой мы с настоящим картоном потащимся? Мало ли что? Надо подстраховаться.
Я взяла в руки копию и принялась внимательно ее разглядывать. Я, конечно, не искусствовед, но если бы я не знала, что передо мной подделка, я бы решила, что держу в руках подлинного Леонардо.
— Это очень хорошая копия? -невзначай поинтересовалась я.
— Идеальная, -заверил Евгений Карлович, — очень сложно подкопаться — все просчитано до мелочей. Для того, чтобы определить подлинность этого произведения, надо собирать многодневный консилиум дипломированных специалистов, проводить углеродный анализ, заплатить кучу денег…
— А что вы так старались-то? -подозрительно спросила я.
— Милая, -пропела бабуля, — мы с Евгюшей не любим делать что-нибудь наполовину. Его нежный, но цепкий глаз искусствоведа не сможет перенести грубой подделки чего бы то ни было. А уж профессиональное достоинство старого антиквара будет замарано, если он опустится до общения с ширпотребом.
— Ну-ну, -рассеянно покивала я.
— Давайте есть, -проныла Катерина.
— А давайте! -рубанула ладонью воздух бабуля. Катерина подскочила и понеслась за тарелками.
Через пару минут мы сидели в полной и окончательной идиллии. Мне, как хозяйке дома, не досталось тарелки, но я ничуть не расстроилась. Достав из неприкосновенных Пашкиных походных запасов жестяную миску, я чувствовала себя весьма комфортно, заполнив ее доверху салатом и кусками колбасы.
— Знаешь, Галочка, -расслабленно вещала бабуля с набитым ртом, — чего никогда не было в нашей семье — так это культуры трапезы. Порой я изумляюсь, наблюдая за тем, как тонкие, душевные, ранимые и бесконечно интеллигентные люди могут так неприглядно питаться.
Я ничего не ответила, а засунула себе в рот половину помидора, две шпротины, кусок сыра и ломоть хлеба. Пережевывая все это, я с наслаждением прикрыла глаза — жизнь удалась.
— Нет, ты подумай, -продолжала бабуля, — когда я познакомилась с твоим третьим дедом, я пришла в восторг от его прекрасного воспитания и утонченных манер. Он выглядел так, словно только что вернулся с бала в честь государя императора, был элегантен в любой одежде, выражался лихо, изящно и красиво, а выправку имел гусарскую. Через пару месяцев я была приглашена на обед в его семью для того, чтобы его родители посмотрели на счастье всей жизни их сына. Первым, что я увидела, были огромные, уродливые куски помидоров, которые лежали на блюде. В этой семье не соблюдали очередность блюд — вся еда сразу выставлялась на стол и в немыслимом сочетании поедалась. Им было плевать на оформление пищи и утонченную кулинарию. А что творилось за столом! Мама перекладывала куски из своей тарелки в сыновью, он хватал их пальцами и ел, папа держал в руке куриную ногу и обгрызал ее… Но, детка, с каким аппетитом они ели! Невозможно было не присоединиться к этой варварской трапезе. Я почувствовала такой голод, что чуть не проглотила вилку, четыре раза просила добавки и жадно съела кусок рыбы, который мой будущий супруг переложил в мою тарелку из своей. Не поверите, это был самый вкусный обед в моей жизни. С тех пор мы всегда питались только таким образом.
— Я заметил, что в твоей семье, Мария, -осторожно проговорил Евгений Карлович, — всегда нестандартно
