К юной журналистке Галине Переваловой случайно попадают ключи – от какого замка, ей еще предстоит узнать. В тот же день с ней начинают происходить неожиданные и очень неприятные события, в результате которых она начинает догадываться, что просто так от ключей избавиться невозможно – слишком многие силы проявляют к ним интерес. Понимая, что волею случая оказалась в гуще криминальных разборок, Галочка призывает на помощь свою бабушку – несравненную, непобедимую и легендарную бабулю, которой не раз приходилось бывать в куда более опасных переделках.
Авторы: Зубкова Анастасия
относились к совместным трапезам. Я приписывал это твоему мощному жизнелюбию.
Я пожала плечами. Сколько себя помню, мы всегда питались только таким образом. С раннего детства меня приучили, что принимать пищу можно двумя способами. Первый способ нормальный, веселый, вкусный и полезный — но практиковать его можно только в тесном семейном кругу. Следуя этому способу, еду можно брать руками, набивать рот всем, что есть на столе, кидаться хлебом, кусать от помидоров и пить соус прямо из соусника. Второй способ был вреден для пищеварения, неприятен и мучительно скучен, однако, именно так полагалось есть в обществе — чопорно, изящно, при помощи ножа и вилки (или палочек), аккуратно, за легкой и непринужденной беседой, маленькими порциями, солидно и очень серьезно.
Всех детей в нашем семействе учили вести себя за столом и так, и так, однако, пафос бабулиной истории был мне не доступен только потому, что первый способ приема пищи я считала нормальным, а второй — противоестественным, приятным только извращенцам.
— Насколько я поняла, -прервала поток моих рассуждений бабуля, — с Серегой вы не состыковались?
— Нет, -грустно покачали головами мы с Катериной, — нас либо посылали подальше, либо говорили, что ни Серегу, ни Прохора, ни Ольгу в глаза никогда не видели.
— Плохо, -покачала головой бабуля, — очень плохо. Где же мы теперь будем искать нашего друга?
— Не знаю, -честно призналась я, — понятия не имею.
— Дадим объявление в газету, -брякнула Катерина, — очень весело будет, просто закачаешься.
— Молодец, -похвалила ее бабуля и налила себе сока, — просто прекрасно. Лучше и быть не может.
Некоторое время мы молчали и внимательно рассматривали скатерть, лежащую на моем кухонном столе. Никаких мыслей относительно поисков Сереги никому в голову не приходило.
— Итак, -подала голос бабуля, — наше прекрасное предприятие слегка зашло в тупик. Для выхода из этого тупика я предлагаю прекрасную тактику, которую активно практикуют буддисты.
— Что за тактика? -встрепенулись мы.
— Для того, чтобы выйти из замкнутого круга, надо приподняться на одну ступень восприятия, -продекламировала бабуля.
— Просто замечательно, -скрестила руки на груди я, — главное — очень понятно.
— Иными словами, -продолжала бабуля, не обращая внимания на мои выпады, — следует на время напрочь забыть о своей проблеме и решение само придет к тебе.
— Ты уверена? -с сомнением протянула я.
— Абсолютно, -заверила меня бабуля, — я всегда так делаю.
— Она всегда так делает, -подтвердил бабулины слова Евгений Карлович, — просто страшно порой становится — кругом черти что творится, а Мария вдруг принимается печь пирог или писать пейзажи…
— Вы предлагаете нам писать пейзажи, Марья Степановна? -ужаснулась Катерина.
— Сразу предупреждаю, -высказалась я, — то, что эта особа малевала в школе на уроках рисования, не поддавалось никакому логическому анализу.
— У меня оригинальное видение мира, -с тихим достоинством заметила Катерина.
Я не стала разубеждать ее в этом. Оригинальное видение — ради бога. Лишь одна я знаю, как плакала преподавательница рисования после того, как Катерина принесла домашнее задание — открытку для ветеранов к 9 мая. Тонкая душевная организация бедной женщины не выдержала созерцания подобного кошмара.
— К черту пейзажи, -скривилась бабуля, которая тоже видела Катеринины произведения, — предлагаю сделать все гораздо проще — завалиться спать.
— Спать? -возмутились мы, — так рано еще!
— На часы посмотрите, -усмехнулась бабуля, — двенадцатый час. Постелим, отметимся у Иванова и вперед — набираться свежих сил.
Одного взгляда на часы мне хватило для того, чтобы понять, насколько я устала за этот день. Здоровье, подорванное роскошной жизнью, тоже давало о себе знать и вообще — слова бабули произвели на всю нашу нестройную команду волшебное действие — мы стали зевать и сонно жмуриться. Даже живчик Евгений Карлович потянулся с хрустом и заявил, что вздремнуть пару часиков было бы неплохо. Я же понимала, что парой часиков тут вряд ли отделаешься.
Дальше мы действовали по строго заведенному плану. Евгению Карловичу постелили на кухне, бабуля устроилась в гостиной, а мы с Катериной заняли нашу с Пашкой спальню. Разобравшись с очередью в ванную и совершив свой скромный вечерний туалет, мы пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись по разным комнатам.
Откатившись подальше от Катерины, которая имела неприятную привычку брыкаться во сне, я завернулась в одеяло и подоткнула поудобнее подушку. Мягкие объятия сна ласково приняли меня. Гомон мыслей, роящихся в моей бедной голове, потихоньку
