К юной журналистке Галине Переваловой случайно попадают ключи – от какого замка, ей еще предстоит узнать. В тот же день с ней начинают происходить неожиданные и очень неприятные события, в результате которых она начинает догадываться, что просто так от ключей избавиться невозможно – слишком многие силы проявляют к ним интерес. Понимая, что волею случая оказалась в гуще криминальных разборок, Галочка призывает на помощь свою бабушку – несравненную, непобедимую и легендарную бабулю, которой не раз приходилось бывать в куда более опасных переделках.
Авторы: Зубкова Анастасия
-принялась туго соображать я.
— Нет! -отрезал Серега, — никаких Евгениев Карловичей, поняла?
— А Катерину? -робко предложила я.
— Условие окончательное, -отрезал Серега, — мы совершенно вам не доверяем. За те несколько дней, что мы провели вместе, я немного узнал вашу семейку и знаю, что говорю.
— Сам хорош, -обиделась я. Тоже мне! Семейка моя ему не нравится. Он еще моего папочку не видел, пионер.
— Ну так как? -спросил Серега, — согласна?
— Почему я должна тебе доверять? -буркнула я, — о твоей семейке, знаешь ли, тоже легенды ходят — закачаешься.
— А какая нам выгода вас обманывать? -изумился Серега. Я пришла в тихий восторг — просто святая невинность, оскорбленная и оговоренная зложелателями!
— Не отдать деньги и свинтить с картоном, -мстительно припечатала я.
— Будем считать деньги гарантией того, что вы не будете держать на нас зла, милая дама, -пропел Серега. Я удовлетворенно покивала головой — зло держать, конечно, будем, однако, вида не покажем. У нас тоже есть кое-какие представления о чести и достоинстве. Кое-какие…
— Хорошо, -покивала я, — ты тоже приходишь на передачу один — а то как-то нехорошо получается, согласись.
— Лады, -обрадовался Серега, — так ты согласна?
— Согласна, -ответила я, мучительно борясь с зевотой, — ты приходишь на пустырь один с деньгами, я — одна и с картоном. Мы меняемся и забываем о существовании друг друга. Договорились?
— Договорились, -ликовал Серега, — через полчаса жду тебя на пустыре.
— Ты на крыльях, что ли, домчишься? -сварливо поинтересовалась я.
— Я тут недалеко, -ответил Серега и отключился.
Я замороченно посмотрела на телефонную трубку. Весь мой сон как рукой сняло — словно и не было его. Посидев так немного я обернулась на Катерину — та спала сном праведника, тихо, как мышка.
Я со стоном спустила ноги на пол. Во мне боролись два чувства. С одной стороны, страшно было отправляться совсем одной на пустырь для того, чтобы встретиться с Серегой. Очень хотелось разбудить бабулю и все ей рассказать. С другой же стороны было страшно обломать сделку века — я передаю Сереге картон, получаю кучу денег и добываю доказательства его причастности к убийству Косого — завлекательная мысль. Бабуля ни за что не отпустит меня одну и испортит все дело.
К тому же, мне надоели постоянные заявления бабули, что позорю наш род, зря ношу гордую фамилию Переваловых и не проявляю основных семейных качеств — отваги, широты души и силы духа. Будет им и отвага, и широта души.
Я подошла к комнате, в которой спала бабуля и прислушалась к ее молодецкому храпу — полный порядок, спит, как сурок. С кухни бабулины рулады заглушал храп Евгения Карловича.
— Тоже мне, герои, -прошептала я себе под нос и тихо проскользнула в свою комнату. Там я облачилась в джинсы и черную рубашку, надела мягкие, пружинящие кроссовки и Пашкину кепку, в которой он обычно ездит отдыхать. Потом я быстренько достала из стола сверхчувствительный диктофон, который мне подарила мамуля на окончание института, проверила, есть ли в нем пленка, и засунула его в нагрудный карман.
Просочившись на кухню, я подхватила поддельный картон и потихоньку протопала к двери. У зеркала я задержалась на секунду, придирчиво оглядывая свое отражение, призрачно маячившее в темном стекле. Я осталась очень довольна своим видом. Агент 007 — ни дать, ни взять.
Я бесшумно открыла дверь и вывалилась в пыльную прохладу лестничной площадки. Там было гулко и пусто, только лампа дневного света тихо стрекотала, пока я ждала лифт.
Спустившись вниз, я вышла из подъезда и направилась к пустырю. В лицо дул теплый свежий ветер раннего утра. На улице царила предрассветная мгла, когда восточный край неба еще не розовеет бледным светом, а под ногами стелется темная дымка. Мои шаги гулко отзывались в ночной тишине, и я невольно принялась красться, как вор. Вообще, зрелище я сейчас представляла из себя крайне подозрительное — ненормальная девица в криво надвинутой кепке крадется, зажав подмышкой довольно внушительный сверток. На месте какого-нибудь представителя власти, я бы непременно заинтересовалась своей особой и проводила бы себя в местное отделение до выяснения обстоятельств.
В домах, между которыми я плелась к пустырю, мирно светились редкие окна — в это время почти все спали. Одинокие силуэты машин, домов, деревьев, тянущих к небу ветви, четко вырисовывались на фоне чернильного неба.
Внезапно мне стало очень страшно и холодно. Мои зубы предательски застучали, я обхватила себя обеими руками за бока и прибавила шагу. Где-то далеко лаяли собаки. Я поежилась, борясь с предательским желанием повернуть назад и разбудить бабулю.
