К юной журналистке Галине Переваловой случайно попадают ключи – от какого замка, ей еще предстоит узнать. В тот же день с ней начинают происходить неожиданные и очень неприятные события, в результате которых она начинает догадываться, что просто так от ключей избавиться невозможно – слишком многие силы проявляют к ним интерес. Понимая, что волею случая оказалась в гуще криминальных разборок, Галочка призывает на помощь свою бабушку – несравненную, непобедимую и легендарную бабулю, которой не раз приходилось бывать в куда более опасных переделках.
Авторы: Зубкова Анастасия
кто же еще? Папа Римский? — пророкотала бабуля, — я звоню узнать, как ты там поживаешь без своего мужика.
— Да… По-разному, — я провела слабой рукой по лбу и закрыла глаза.
— Детка, — окликнула меня бабуля, — что-то мне твой голос не нравится. Ты уверена, что преимущественно хорошо?
— Нет, -выдохнула я, набрала побольше воздуха в легкие и понеслась, — я залила соседей, в редакции задали статью про настоящую любовь, а еще в парке какой-то урод выронил ключи, я подобрала, и меня кто-то видел, и прислал ко мне убийцу, но его спугнула соседка, а милиция говорит, что мне не следует подавать заявление, потому что это был наркоман, потому что я им про ключи не рассказала, и они решили, что на меня просто так напали, а мне страшно, я сижу одна тут, то лифт начинает бегать, как сумасшедший, то кот горшки цветочные роняет, а по телевизору поет группа «На-на»… — тут я не выдержала и снова горько зарыдала. Мне было так жалко себя, что просто сердце разрывалось.
— Эй, детка, — помолчав, усмехнулась бабуля, — ты уверена, что это все, что с тобой произошло?
— Да-а-а… — протянула я, всхлипывая.
— Ну так чего же ты ревешь так, словно у тебя в одночасье безвременно почили все друзья и близкие?
— Не зна-а-аю…
— Вытри сопли, детка, и расскажи мне все по порядку. Во-первых, что за ключи?
— Их в парке выронил какой-то мужик. Солидный, в костюме… Бежал, как идиот, упал, выронил ключи, а когда я попыталась их ему вернуть, он удрал…
— А кто на тебя напал? — поинтересовалась бабуля.
— Какой-то тип в черной вязаной маске с прорезями для глаз. Все спрашивал, где картон, встречалась ли я с Прохором, и где ключи. Я хотела отдать ключи ему, но этого гада спугнула соседка снизу.
— Та, которую ты залила? — захохотала бабуля.
— Она самая.
— Вот радости ей было, — продолжала веселиться бабуля. — Слушай, детка, а зачем этому нашему другу картон?
— Псих он, вот что, — категорически заявила я.
— Да, кстати, — спохватилась бабуля, — а с Прохором ты встречалась?
— Не знаю! — проорала я в трубку.
— Галочка, — примирительно пробасила бабуля, — полегче. Если ты не знаешь, встречалась ли ты с Прохором, значит, ты с ним не встречалась. Или не знала, что это Прохор — третьего не дано.
— Да уж, — горестно выдохнула я, — не дано.
— Ну, и что ты там делаешь? -спросила меня бабуля строго.
— Ничего, — растерянно ответила я.
— Небось, сидишь и с ума сходишь.
— Схожу, — покивала я, — бабуль, просто крыша от страха едет.
— А ты не сиди, — успокоила меня бабуля, — прими ванну и ложись спать. И никаких успокоительных, слышишь?
— Хорошо, — покорно покивала я.
— А завтра утречком, как проснешься, дуй ко мне вместе с ключами, поняла?
— Поняла, — прошептала я.
— Умница, — пропела бабуля, — и не бойся, никто тебя убивать ни сегодня, ни завтра не придет.
— Это почему? — оскорбленно спросила я.
— Потому, — отрезала бабуля, — потому. Все, детка, ложись. Хотя, — спохватилась она, — постой. Рассмотри подробней ключи и опиши их мне.
— Ну… — я вытащила связку из кармана, — тут семь ключей в связке. Один синий пластмассовый от домофона, другой — большой такой, как от гаражной двери, еще ключ то ли от машины, что ли от почтового ящика, несколько ключей от обыкновенных замков и небольшой ключик с желтенькой бирочкой.
— Какой бирочкой? — оживилась бабуля.
— Овальной пластмассовой бирочкой, на ней черными цифрами выведен номер — 674.
— Ага… — призадумалась бабуля, — небось из-за этого ключа весь сыр-бор и начался.
— Ты почему так решила? — поинтересовалась я, не особенно настраиваясь на вразумительный ответ, — логика моей бабули всегда с трудом поддавалась устным объяснениям.
— А потому что ежику понятно, что ключ этот от какой-то камеры хранения, — легко ответила бабуля.
— О… — с уважением протянула я, — и что это значит?
— Это значит, что в камере хранения что-то лежит, а ключ — это ключ. Им эта камера открывается. Не понятно?
— Понятно… Бабуль, ты — супер.
— Я знаю, — скромно ответила бабуля, — все, марш в ванну, а завтра ко мне, поняла?
— Поняла, — засмеялась я, — что на обед?
— Плюшки из Макдональдса, салаты из супермаркета, помидоры с рынка, и лягушки из болота, — заявила бабуля, которая отродясь не умела готовить и вечно питалась всякой дрянью, — все, спать. До завтра.
— До завтра, — попрощалась я.
— Детка, — проговорила на прощание бабуля.
— Да?
— Не дрожи. Спокойной ночи.
— Не буду. Спокойной ночи.
Мы распрощались с бабулей, я положила трубку и почувствовала, что все мои страхи куда-то исчезли. Я побродила по полутемным комнатам — не
