К юной журналистке Галине Переваловой случайно попадают ключи – от какого замка, ей еще предстоит узнать. В тот же день с ней начинают происходить неожиданные и очень неприятные события, в результате которых она начинает догадываться, что просто так от ключей избавиться невозможно – слишком многие силы проявляют к ним интерес. Понимая, что волею случая оказалась в гуще криминальных разборок, Галочка призывает на помощь свою бабушку – несравненную, непобедимую и легендарную бабулю, которой не раз приходилось бывать в куда более опасных переделках.
Авторы: Зубкова Анастасия
а при упоминании о ее, Раисы Захаровны, молодости, та и вовсе пришла в замешательство, даже рыдать перестала. Некоторое время она еще ошарашенно моргала глазами, а затем, окончательно деморализованная, без чувств уронила голову себе на грудь.
— Все мужики — сволочи, — категорически заявила медсестра и многозначительно посмотрела на врача. Тот почему-то потупился.
Лифт приехал на первый этаж, сообща мы выволокли Раису Захаровну из подъезда и запихали в машину скорой помощи.
— Спасибо, — доктор пожал руку моей бабуле.
— Не за что, — скромно пожала плечами та. Мне стало обидно. Ко мне приходит злоумышленница, я героически обезвреживаю ее, а все лавры достаются бабуле. Нет в жизни справедливости.
— Мы везем ее в Первую градскую больницу, — бросил нам через плечо врач, залезая в машину, — это на случай, если вдруг решите справиться о ее здоровье.
— Иначе и быть не может, — заверила врача бабуля, — до свидания.
— До свидания, — помахал нам рукой врач и захлопнул дверь. Шофер завел мотор, и вся дружная компания торжественно отбыла.
Мы с бабулей облегченно вздохнули и еще немного постояли перед подъездом, переводя дух.
Нещадно парило, и во рту болтался пыльный привкус, ветер тревожно шумел в листве деревьев, тополиный пух коконами катился по тротуарам, а прохожие ускоряли шаг. Темнело. Не сговариваясь, мы задрали головы и уставились куда-то высоко в небо. Над нами собирались черные тучи, грозя пролиться дождем с минуты на минуту.
— Детка, — приобняла меня за плечи бабуля, — пошли в дом, ты у меня умница сегодня.
— Умница? — я подозрительно посмотрела на бабулю, — Хороша умница. Вляпалась в какую-то историю, два раза чуть не подставила голову злоумышленникам, во второй раз смертельно рискуя семейным имуществом. Умница — это слишком мягко сказано.
— Брось, детка, занудничать, — пихнула меня в плечо бабуля, — зато весело-то как. Пошли домой, кажется, сейчас будет ливень.
Мы шли к подъезду, а ветер лепил одежду к нашим ногам и гнал по мостовой мелкий мусор. Где-то далеко загрохотал гром.
К тому моменту, когда мы поднялись в мою квартиру, убрали следы пребывания там Раисы Захаровны, наделали бутербродов и уселись их поедать у широко распахнутого окна, первые капли дождя упали на землю.
— Если честно, — проговорила бабуля, надкусывая свой бутерброд с сыром, — дурака ты валяешь отменно, но как тебе везет!
Ливень за окном становился все сильнее. Мы с бабулей блаженно жмурились — обе мы обожали такие бури, внезапно накрывающие собой летнюю духоту.
— А вот мне интересно, что собиралась искать в моей квартире эта самая Раиса Захаровна?
— Кто? — встрепенулась бабуля. На улице громыхало все неистовей. Черноту бури изредка прорезали резкие всполохи молний.
— Ну, тетка эта, — нетерпеливо замахала я рукой, — она мне так представилась, — чего она хотела?
— Судя по всему, — отвечала мне бабуля, подталкивая ко мне бутерброд с карбонатом, — судя по всему, все они ищут ту связку ключей, что сейчас лежит в моей сумке. Но меня просто разбирает от любопытства, — бабуля изящно прикурила папироску, — что же лежит в этой камере хранения? Или, если ничего не лежит, то чем же так привлекательны для всех эти ключи?
— Картон там лежит, — ляпнула я, и мы с бабулей захохотали, как дикие гамадрилы. Сидели и смеялись на темной кухне. Кот решил, что сегодня мы тут все вообще с ума посходили и презрительно нас покинул.
Отсмеявшись, бабуля посмотрела на меня серьезно:
— Насчет картона, кстати, тоже очень интересно. А с ключами все просто — сейчас мы с тобой поедем и посмотрим, за что же все так бьются, — бабулины глаза загорелись нехорошим огнем. — Главный приз, — медленно проговорила она, — достанется самому умному.
— И когда еще он появится в этой истории… — грустно закончила я.
Почему Евгений Карлович не любит богему и первое появление картона
Переждав дождь, как только сквозь истрепанные и истощенные тучи забрезжили первые лучи чисто умытого солнца, мы отправились выяснять, за какой же добычей так охотились все эти ненормальные.
Я села рядом с бабулей, пристегнулась, покрепче ухватилась за сидение и мысленно пожелала себе счастливого пути.
У бабули своеобразная манера вождения — ездит она аккуратно, но стремительно. Непривычный человек, оказавшись в бабулиной волге, когда на скорости 120 километров в час несется она, почти не притормаживая на поворотах, каменеет, не находя в себе сил просто сказать «ах!», не то, чтобы попросить ехать помедленней. Но все, кто знает бабулю хорошо, ездят с ней спокойно, как у Христа
