К юной журналистке Галине Переваловой случайно попадают ключи – от какого замка, ей еще предстоит узнать. В тот же день с ней начинают происходить неожиданные и очень неприятные события, в результате которых она начинает догадываться, что просто так от ключей избавиться невозможно – слишком многие силы проявляют к ним интерес. Понимая, что волею случая оказалась в гуще криминальных разборок, Галочка призывает на помощь свою бабушку – несравненную, непобедимую и легендарную бабулю, которой не раз приходилось бывать в куда более опасных переделках.
Авторы: Зубкова Анастасия
за пазухой. За все годы вождения автомобиля (а их минуло уже, ни много, ни мало, сорок), бабуля ни разу не попала в аварию, даже самую мелкую. То ли, и правда, бабуля — ас вождения (во что мне, если честно, верится с трудом, потому как правила она нарушает нещадно), то ли ей просто фантастически везет (что более вероятно). Волга эта ей досталась по наследству от дедули, и если при жизни супругу удавалось хоть как-то сдерживать бешеные водительские замашки бабули (когда дедуля посадил ее на «Москвич», и ни о чем более слышать не хотел, это для нее было равносильно тюремному заключению), то после его кончины бабуля пересела на «Волгу» и принялась отыгрываться за годы тихоходства. Посторонних это пугало.
— Я вот думаю, бабуль, -сказала я в тот момент, когда дух захватывало не особенно, — про какого Прохора спрашивал меня гадский гад в подъезде?
— Я тоже думала об этом, -покивала головой бабуля, стряхивая пепел от папироски за окно, где пейзаж превратился в одну сплошную полосу, — и мне кажется, что Прохор — это тот мужик, что ключи эти выронил в парке.
— Ага, -невесело улыбнулась я, — тогда нас кто-то видел.
— Ну да, -откинула со лба короткую прядь идеально подстриженных седых волос бабуля, — ведь от кого-то он убегал. Они вас пронаблюдали и решили, что вы в сговоре, и что он передал тебе ключи. Тебя же спросили именно «не встречалась ли ты с Прохором?». Эх, детка, ты у меня теперь как агент 007, вот весело! — бабулины глаза смеялись, но лицо оставалось предельно серьезным. Шутит она, или говорит серьезно — черт его знает.
— Шон Коннери прямо… — меньше всего на свете мне хотелось играть в агента, веселуха та еще, с ума сойти можно!
Для начала мы с бабулей решили попытать счастья на Выхинском автовокзале, мухой сгоняли туда, но, к нашему дикому сожалению, ключ с биркой не подходил к ячейке с тем же номером.
Некоторое время мы постояли, соображая, что делать дальше, затем догадались сравнить бирку от нашего ключа с биркой на ключах обладателей ячеек. Конечно, ничего общего.
С Выхино мы понеслись на Щелковскую, и, если у бабули азарт только разгорался, то я слегка поостыла — скорей бы эта история подошла к концу. Ужасно — в Москве одних только вокзалов — тьма-тьмущая! Я зевала и смотрела в окно, где все мелькало и мешалось в дикую кашу, потому что бабуля выжимала из своей волги все, на что она способна. А способна она, судя по всему, была на многое — тележка была непростая, пять лет назад дедуле по спецзаказу ее пригнали прямо с завода.
— Бабуль, -скучно протянула я, — а что, если мы ничего не найдем?
— Там и придумаем, -легкомысленно махнула рукой бабуля, — притормаживая у «Макавто».
— Тошни-и-иловка, -ласково протянула бабуля, заказала четыре чизбургера, две гигантские порции картошки, два мороженых, напитки, пирожки, соусы и еще черт его знает чего. Я с ужасом смотрела на всю эту гору снеди, пересыпанную салфетками.
— Пригодится, -многозначительно подмигнула мне бабуля и покидала всю снедь на заднее сиденье, успев подхватить и смолотить чизбургер.
— Ужас, -округлила глаза я, — просто кошмар, — гора чистого холестерина, который убивает нас.
— О, да! -с восторгом покивала бабуля.
Светило солнце, и мы слегка сбросили скорость (но, судя по всему, до сих пор находились вне пределов досягаемости милицейских радаров).
— Если на Щелковской ключ не подойдет, -задумчиво проговорила бабуля, — будем искать другие пути.
— Куда? -я рассеянно взяла с заднего сидения пирожок с вишней.
— В рай, -безапелляционно заявила бабуля.
— А… -сложила руки на груди я. В рай пока почему-то не хотелось.
Тем временем мы припарковались на Щелковском автовокзале, прошлись, не торопясь, до камеры хранения и остановились перед ячейкой с номером 674. На дверце красовалась такая же бирка, что и на наших ключах. Бабуля тихонько взвыла от восторга.
— Предлагаю пари, -она азартно потерла руки. Отгадываем, что там в ячейке, по очереди. Чей вариант окажется самым верным, ведет проигравшего в Макдональдс.
Наши голоса терялись в общем гуле, метавшимся под высоким потолком здания автовокзала, приглушенный свет падал на наши головы, а кругом витала атмосфера дальней-дальней дороги. Где-то далеко шумели моторы автобусов. Бабуля выжидающе смотрела на меня.
— Хорошо, -пожала плечами я, выхватив самое дурацкое предположение, — там лежат брильянты. Куча брильянтов.
— Глупо, но принимается, -пожала плечами бабуля, — я думаю, что там лежат секретные пленки какой-нибудь иностранной разведки.
— Что-то лохов много развелось в иностранных разведках, -с сомнением протянула я, — словно при приеме на работу они проходят специальный кастинг — соискатель
