Божий одуванчик

вести себя подобным образом.
Время шло, и Шурочка поднималась сразу по двум служебным лестницам. Она и оглянуться не успела, как под ее началом оказалась кафедра психиатрии и несколько девочек, профессионалок и красавиц.
Именно тогда Шурочка решила, что нива психиатрии завоевана и начала создавать свое уникальное заведение, покрыв свое имя славой, правда, в довольно узких кругах. Шурочка умудрилась совместить публичный дом с круглосуточным пансионом, создав в нем такую атмосферу, что многие ее клиенты всерьез стали считать его своим вторым домом.
Девочек для своего заведения Шурочка подбирала себе подстать. Это были образованные, жизнерадостные, мудрые и бесконечно обаятельные женщины, которых Шурочка выискивала повсюду. Она ставила одно условие каждой из них — подобная профессия должна быть призванием всей их жизни, а не необходимой мерой, на которую их толкнула отчаяние. Может быть именно поэтому в заведении Шурочки царила необыкновенная легкость, неподдельное веселье и спокойная уверенность в том, что перешагнув порог этого дома, клиент вряд ли пойдет еще куда-то. Да и зачем? В любом случае, он нигде не нашел бы такого обращения и сервиса, как у Шурочки.
Девочки Шурочки пойдут за своей хозяйкой в огонь и воду, она кличет их ласково «доченьками», а «доченьки» кого угодно порвут за свою мамочку, как Тузик грелку.
Шурочку отличали женская мудрость, сила характера, безграничная доброта и оптимизм. Сколько я себя помню, эта женщина всегда все понимала и могла посоветовать выход из любой ситуации. Необыкновенно женственная, тоненькая, блестяще остроумная, Шурочка влюбляет в себя с первого взгляда. Она великолепно готовит, ей нет равных в случае, если требуется быстро организовать очаровательную и уютную вечеринку, она помнит все дни рождения и обожает дарить подарки. Естественно, что при таких душевных качествах Шурочка моментально приняла как родную маленькую белобрысую девочку, которую бабуля как-то привела к подруге с собой. С тех пор мы с Шурочкой нежно дружим, несмотря на разницу в возрасте. Именно Шурочке я доверяла свои дурацкие детские секреты, а она часами слушала меня, не комментируя и не советуя. Вместо этого она переодевала меня как куклу, кормила пирожными, учила печь торт «полет» и разноцветное безе. Шурочка возилась со мной, когда я умирала от подростковых комплексов и именно она учила меня быть «настоящей женщиной», как она это называет. Не сказать, чтобы я оказалась особенно хорошей ученицей, но Шурочкины уроки и по сей день выручают меня.
Однажды в заведении Шурочки произошла драка: два совершенно благопристойных и трезвых клиента пытались убить друг друга. Положение в обществе они занимали такое, что никто, кроме Шурочки не осмелился их разнимать. Впрочем, ей было тоже страшновато делать это, однако, через пару минут противники сидели друг напротив друга и ненавидящими взглядами сверлили Шурочку. Видя, что дело пахнет керосином, она выгнала всех, кто находился в комнате и закрыла дверь. Девочки с замиранием сердца слушали, как их хозяйка бьет бесценные вазы, украшавшие гостиную и выговаривает кому-то строго и раздраженно. Через пару дней заговорили, что Шурочка предотвратила очередной правительственный кризис и с тех пор в ее заведении стали решаться очень серьезные дела. Сама того не желая, Шурочка стала разводящей, и при ее посредничестве решилось множество, казалось бы, фатальных, конфликтов.
Такое положение дел обязывало Шурочку обладать информацией. Оказалось, что, держа в руках множество нитей, собирать различные сведения совсем не сложно. С тех пор Шурочка знала все и про всех. Если бы она была чуть менее принципиальной, на шантаже она заработала бы себе на небольшой архипелаг в Тихом океане. Впрочем, она и так на него заработала.
Естественно, водя дружбу с бабулей, Шурочка активно занимается крадеными предметами искусства, но, памятуя о железных принципах Евгения Карловича, хочу заметить, что Шурочка тоже не участвует в сделках, в результате которых нашу страну покидает какой-нибудь шедевр. Зато она охотно способствует прибытию к нам различных произведений искусства, хоть в частные коллекции, хоть на перепродажу.
Учитывая мой сбивчатый, восторженно-панегирический рассказ, можно с уверенность сказать, что если нам кто и мог помочь в сложившейся ситуации, так это была Шурочка. К тому же, мы с бабулей просто соскучились — вот и повидаемся.

Логово разврата
Тронутая моим рассказом до глубины души, Катерина пустила слезу, для поддержания имиджа громко выругала меня за то, что я «ничего дома не делаю, зараза, на кого только мы с отцом в старости остаемся, все только бы по подружкам