Брачная ночь длиною в жизнь

прозвищем. – Давай говорить начистоту. Ты всегда относилась ко мне как к брату, хотя не могла не замечать, что я хотел совершенно иного. Я всегда любил и буду тебя любить…
– Но, Уильям! – только и смогла произнести Виктория, изумленно округлив глаза. – Мне и в голову не приходило…
– Не бери в голову… Ты всегда можешь рассчитывать на меня. А теперь ешь. Не бойся, я не собираюсь лезть в петлю из-за несчастной любви. К тому же я слишком дорожу нашей дружбой, чтобы омрачать ее ненужными тебе признаниями. Просто я хотел, чтобы ты была в курсе. Короче, я считаю, что ты просто обязана рассказать обо всем мужу.
– Прости… – пролепетала Виктория.
– Не вини себя, – с улыбкой прервал ее Уильям и заговорщически добавил: – Меня есть кому утешить.
Бедняга Уильям. Но ведь никогда в жизни она не смогла бы представить его в роли своего любовника. Хотя он был высок, строен, хорош собой, но она слишком привыкла относиться к нему как к брату.
– Как ты себя чувствуешь? – переменил тему Уильям. – Ты очень похудела, одни глаза остались… А ведь тебе теперь надо есть за двоих!
– Меня постоянно тошнит: по утрам, днем, по вечерам, – пожаловалась Виктория. – Если я просыпаюсь ночью, еле успеваю добежать до ванной. И… и… мне все время хочется в туалет… – окончательно смешавшись, добавила она.
– Бедняжка, тебе непременно надо сказать об этом врачу, – пожалел ее Уильям и вдруг посерьезнел. – А когда ты собираешься Заку сказать? Ведь это и его ребенок. К тому же он все равно узнает.
– Трогательная братская забота, – попыталась съязвить Виктория, понимая, что он прав. Она также понимала, что ей придется туго, когда Зак узнает о ребенке. Но сдаваться она не собиралась.
Из ресторана Уильям и Виктория вышли, держась за руки. Как всегда после общения с другом, она чувствовала облегчение. Она собиралась вернуться в свою маленькую однокомнатную квартирку, которую ей удалось снять в Ричмонде. Как ни странно, ей помогла в этом мать. Квартира принадлежала дочери одной ее приятельницы, уехавшей на год в Америку. Виктория провела в материнском доме всего три дня, но этого оказалось достаточно для них обеих. За это время они не сказали друг другу практически ни одного слова. Вернее, Корал-то говорила, но все ее речи сводились к пламенным обвинениям в адрес дочери, которая якобы сама виновата, что ее брак распался. А Виктория предпочитала не пускаться ни в какие объяснения по этому поводу.
Словно читая ее мысли, Уильям вдруг спросил:
– А как ко всему отнеслась твоя мамаша?
– Как всегда, – невесело усмехнулась Виктория. – Я плохая, а Зак во всем прав.
– Ну что же, она в своем репертуаре. Никак не могу привыкнуть…
Виктория так и не узнала, к чему не мог привыкнуть Уильям: резкий окрик оборвал его на середине фразы.
– Прошу прощения, что нарушаю ваше воркование, но у меня есть дело к моей жене.
– Зак. – Виктория повернулась так резко, что чуть не упала. – Ты… Что…
– Что я здесь делаю? Хороший вопрос! А главное, оригинальный!
Глаза Зака метали молнии, хотя лицо оставалось непроницаемым.
– Зак, может быть, не сейчас… – примирительно начала Виктория.
– Напротив, Тори, именно сейчас!
– Мы… Мы просто обедали. Это…
– Я знаю… Это Уильям Ховард, – перебил ее Зак, едва повернув голову. – А теперь попрощайся со своим дружком, потому что нам с тобой нужно серьезно поговорить. От этой беседы зависит, нужно ли будет твоему приятелю новое лицо или нет.
– Господи, о чем ты говоришь? – в ужасе вскричала Виктория. То, каким спокойным голосом произнес Зак эти слова, не оставляло сомнений в его серьезности.
– Разговор простой, но не будем вести его посреди улицы. – На скулах Зака заходили желваки. Но внешне он держался спокойно. Только яростный блеск в глазах выдавал его чувства.
– Позвольте, – вмешался Уильям. – Мне кажется, Виктория не хочет идти с вами.
– Ее желания меня беспокоят меньше всего, – отрезал Зак и добавил: – А ты держись от нее подальше, Ховард.
– Ты спятил, Зак? – возмутилась Виктория. – Извинись сейчас же!
– Один из нас точно сошел с ума. Не советуй мне, как поступать.
– Она не пойдет с вами, – Уильям выступил вперед, заслонив женщину своей спиной. – Вы опасный человек!
Зак резко дернулся.
– Виктории ничего не грозит. А вот к тебе это не относится.
– Хорошо, если ты хочешь поговорить, пойдем. – Она была готова на что угодно, лишь бы развести этих двоих. – Где твоя машина?
– Там, – махнул рукой Зак, не сводя глаз с Уильяма.
– Ты не обязана идти с ним, – заговорил Ховард. – Он мне ничего не сделает.
– Мне пора, Уильям, извини. Нам с ним действительно надо поговорить.
– Как скажешь, – развел тот руками