Слоан Маккорд полагал, что похоронил свое сердце в могиле трагически погибшей жены и нет в его жизни места для нового увлечения. Однако любовь сама постучалась в дверь Слоана. Напрасно пытался одинокий хозяин ранчо противостоять вспыхнувшему чувству. Страсть — безумная, сводящая с ума — не признает доводов рассудка, и теперь Слоан способен думать лишь об одном: как зажечь в сердце прекрасной Хизер Эшфорд пламя ответной любви…
Авторы: Джордан Николь
красота! Здесь природа оставалась по-прежнему дикой и буйной, а от бескрайних просторов дух захватывало!
Повозка, казалось, вот-вот утонет в багряном солнечном закате. Слоан внезапно натянул поводья. Лошади встали, и оба несколько минут, затаив дыхание, любовались величественной панорамой. Теперь Хизер понимала и разделяла его восторг перед этим диким, первозданным величием. Солнце медленно опускалось за крутой склон пурпурно-золотистых гор.
Слоан вопросительно взглянул на Хизер, и она ответила спокойной улыбкой.
— Это действительно прекрасно.
— Возлюбленная Богом страна, — просто ответил он.
Немного спустя сзади послышалась частая дробь копыт, и Слоан немедленно потянулся к ружью, спрятанному под козлами. Он держал оружие на коленях, пока экипаж не миновали три всадника, уже немолодые ковбои, вежливо коснувшиеся шляп в знак приветствия.
— Ожидаете нападения? — тихо осведомилась Хизер, когда они остались одни.
— Нет, но война закончилась совсем недавно, чтобы разъезжать безоружным. Всякая беспечность непростительна. Кстати, это правило касается и тебя. Никогда и никуда не выезжай без оружия.
Он снова помрачнел, и Хизер вспомнила, как Кейтлин рассказывала, что наемники убили первую жену Слоана, когда та, ничего не подозревая, возвращалась домой.
Темнело; дорога становилась все уже и опаснее: экипаж то и дело встряхивало, когда колеса натыкались на булыжники, смерзшиеся комки снега, попадали в выбоины. К счастью, полная луна вскоре осветила местность бледным, неярким сиянием. С одной стороны тянулись крутые обрывы, уходившие куда-то вниз, в смертельные пропасти, и Хизер испуганно вцепилась в сиденье, хотя в душе была уверена, что со Слоаном ей ничего не грозит. Холод становился почти нестерпимым, кусал руки, лицо, прокрадывался под юбки, и Хизер повыше подтянула полость.
— Осталось немного, — сочувственно заметил Слоан. — Мы свернем, не доезжая до Гринбрайера.
Хизер кивнула. По словам Кейтлин, этот городишко был чем-то вроде оазиса в пустыне для ранчеро, ковбоев и шахтеров.
— Скажите, Гринбрайер тоже входит в округ, который вы собираетесь представлять в сенате? — поинтересовалась она.
Слоан ответил ей странным взглядом, словно удивляясь, что ее интересуют такие скучные вещи.
— Да. Округ огромен — простирается на двадцать миль в горы и почти на сотню к югу. Основная проблема в том, чтобы уравновесить интересы скотоводов и шахтеров, иначе жалоб не оберешься.
Еще минут через десять они свернули с большой дороги на каменистую тропу, вьющуюся у подножия холмов. Ранчо Маккорда раскинулось в горной долине у основания темного, поросшего соснами откоса. Они въехали в ворота с выведенным узорными буквами названием «Бар М». В глубине сверкали приветливые огоньки.
В серебристом лунном свечении Хизер без труда различила очертания красивого деревянного двухэтажного дома, окруженного загонами и хозяйственными постройками. На крыльце горел фонарь, из труб шел дым.
Слоан едва успел остановить упряжку, как из дома выбежала темноволосая женщина, чуть переваливаясь на ходу и скрестив руки на выпуклом животе.
Хизер расплылась в улыбке при виде Кейтлин, но, заметив, как блестят заледеневшие ступеньки, насмерть перепугалась. Что, если подруга упадет?!
Не дожидаясь помощи Слоана, Хизер спрыгнула на землю и тут же очутилась в объятиях Кейтлин.
— Наконец-то! — воскликнула та. — Не представляешь, как я скучала без тебя!
— Я тоже, но не ожидала увидеть тебя здесь!
— Мы хотели первыми встретить новую хозяйку дома! Слоан, тебя следовало бы связать и отстегать ремнем за то, что не дал Хизер отдохнуть и сразу потащил в горы! Могли бы переночевать в Денвере и пуститься в поездку завтра с утра! И я прикончу тебя собственными руками, если немедленно не отведешь ее в тепло!
— Как скажете, мэм, — почтительно улыбнулся Слоан.
Хизер подняла брови, удивляясь их дружеской перепалке. Похоже, они нашли общий язык, иначе вряд ли он потерпел бы такое обращение, пусть и от жены брата. Вероятно, очень немногие осмелились бы обращаться с ним подобным образом.
— Ты, должно быть, совсем закоченела, — покачала головой Кейтлин. — Пойдем, согреешься у огня. В печи ждет ужин.
Хизер захватила саквояж, и женщины рука об руку поднялись на крыльцо, где стоял мужчина в сорочке из шамбре
и штанах из грубой ткани.
— Хизер, это мой муж Джейк, отец Райана. Хизер с любопытством воззрилась на бывшего изгоя. Как и Слоан, он был высоким, мускулистым и грубовато-красивым. И волосы такого же оттенка тусклой пшеницы,
