Брак по расчету

с сонной дочерью на руках, наслаждаясь горячим кофе, пока Хизер мыла посуду. Однако покой и умиротворение исчезли в мгновение ока, когда она наклонилась над ним, чтобы взять пустую тарелку из-под персиков, и случайно задела его плечо. Обоих словно молния поразила. Хизер, будто обжегшись, отпрянула. Слоан затаил дыхание. Ее прикосновение живо и некстати напомнило, каким наслаждением способна одарить эта женщина.
Как Слоан ни старался задушить в себе эту постыдную слабость, но так и не сумел подавить желание — ни тогда, ни сейчас, два дня спустя, когда они снова сидели в кабинете.
Он не мог забыть об ее присутствии, хотя следовало бы уделить все внимание счетным книгам. Дела шли все хуже, и необходимо было приложить все усилия, чтобы удержать ранчо на плаву.
Единственное, что его радовало, — будущее дочери. Хизер рассказала, что сегодняшний визит Дженны в школу прошел без сучка и задоринки. Дети помладше обрадовались возможности поиграть с малышкой, пусть и индейского происхождения. Ребята постарше воздерживались от проявления открытой неприязни. Слоан, правда, подозревал, что причина такого снисхождения — присутствие Хизер. У нее несомненный талант завоевывать расположение людей, и те из кожи вон лезут, чтобы оправдать ее ожидания.
Черт, да ему бы радоваться, что сумел уговорить Хизер приехать в эту глушь! Он и мечтать не мог, что Дженна так к ней привяжется! И скорее всего она сумеет помочь ему выиграть избирательную кампанию — одно из условий его женитьбы. Выборы пройдут не раньше первой недели сентября, но нужно напрячь все силы, чтобы обставить Ловелла. Как только закончится весеннее клеймение, придется посвящать больше времени предвыборной гонке. Ну а пока лучше ему не заглядываться на жену…
Слоан вынудил себя вновь обратиться к книгам. Но вскоре раздался нерешительный голос Хизер:
— Я ничем не могу помочь?
Поняв, что вот уже несколько минут раздраженно вздыхает, Слоан поднял голову и встретился с ее вопрошающим взглядом.
— Помочь?
— Разобраться со счетами. Меткого стрелка из меня не выйдет, но зато с цифрами обращаться умею: несколько лет занималась бухгалтерией своей школы. Если позволишь, возьму на себя ведение книг.
Слоан непонимающе уставился на Хизер, боясь поверить, что та не шутит.
— Но не могу же я обременять тебя еще и этим!
— Ничего страшного. Мне не трудно, честное слово!
Слоан поколебался. Похоже, ее искренне интересует судьба ранчо, и не только потому, что отныне это ее единственный источник существования. Он успел узнать жену достаточно хорошо, чтобы понять, как она горда. Хочет быть полезной, нести свой крест с достоинством.
Смягчившись, он наградил ее той самой ослепительной улыбкой, которую до сих пор берег исключительно для дочери.
— Был бы крайне обязан. Ненавижу арифметику еще больше, чем репу.
Хизер, словно застигнутая врасплох, изумленно моргнула, и Слоан внезапно сообразил, что всему виной его улыбка. Не часто он делал ей такие подарки!
— Начни сегодня, если хочешь, — разрешил он. — Подойди, я покажу тебе последние записи.
Хизер, набравшись храбрости, отложила книгу, поднялась и направилась к столу. Слоан уступил ей место. Она принялась сосредоточенно изучать длинные столбцы цифр. Сначала Слоан внимательно наблюдал за женой, но вскоре мысли его потекли в определенном направлении. Лебединый изгиб шеи так и манил притронуться губами к нежной коже, ощутить ее вкус…
«Поберегись, ковбой!» — предостерег себя Слоан, чувствуя, как ниже пояса все горит огнем.
Должно быть, Хизер испытывала то же самое, поскольку в этот момент подняла глаза и, встретившись с ним взглядом, бессознательно приоткрыла губы.
Слоан как никогда был рад тому, что привык скрывать] свои эмоции за маской безразличия. Напряжение все рос ло, такое ощутимое, что, казалось, даже воздух в комнат! сгустился.
Слоан откашлялся и поспешно отступил. Лишь бы не ощущать аромат ее волос, жар тела…
Как же все-таки трудно — жить рядом с этой женщиной и не иметь права дотронуться до нее. Нельзя не признать, что оба сидят на бочонке с порохом, к котором) подведен чересчур короткий фитиль.
Фитиль воспламенился несколько дней спустя, при обстоятельствах, которых никто из них не мог предвидеть.
Хизер сидела за письменным столом, погруженная в просмотр прошлогодних расчетов, когда во дворе послышались стук копыт и громкие крики. Прихватив на всякий случай ружье, Хизер вышла на заднее крыльцо. Из загона уже спешил Расти с винтовкой в руках: Слоан, как обычно, оставил его присматривать за женщинами.
Всадник натянул поводья, но не спешился, только почтительно коснулся пальцами