Брак по расчету

некоторое расстояние.
Карина вспыхнула. Она-то думала, что с помощью огуречного сока ей удалось скрыть следы слез.
— Почему вы не остановили меня, когда я принимала этот глупый вызов? — спросила она несчастным голосом.
— Значит, Элтон разозлился! — догадался сэр Гай. — Этого следовало ожидать.
— Вы… не предупредили меня.
— Моя дорогая, что я мог сделать? Раз вы приняли вызов, то взять свои слова назад уже не имели права. Просто я надеялся, как и вы, что он ничего не узнает.
— Да, я на это надеялась. Но в клубе кто-то рассказал ему обо всем. — Она печально вздохнула. — Ну почему я такая дурочка? Теперь-то мне ясно, что зря ввязалась в эту историю, но в тот момент я не могла спокойно слушать, как эта женщина хвасталась.
Сэр Гай ничего не ответил. Они молча доехали до северного берега речушки Серпентайны. Там он остановил лошадей под развесистыми ветвями дерева и взглянул на Карину:
— Позвольте я увезу вас, Карина.
Девушка посмотрела на него широко раскрытыми от изумления глазами:
— Что вы хотите этим сказать?
— То, что сказал! Вы будете участвовать в каких угодно скачках, танцевать где угодно, хоть на крыше собора Святого Павла! И все, что бы вы ни делали, Карина, приносило бы мне только радость, если бы мы были вместе.
— Как вы можете… просить меня об этом?
— А что тут удивительного? Я говорил вам, что люблю вас. Я очень долго молчал, ибо не хотел пугать вас, но я не могу видеть вас несчастной.
Карина ничего не ответила, но она была явно взволнована, и сэр Гай добавил:
— Давайте я увезу вас и украшу вас любовью. Вы так молоды, так уязвимы и беззащитны. Больше всего на свете я мечтаю держать вас в своих объятиях! Боже мой, я сгораю от страсти!
— Но если я уеду с вами… наш брак не будет законным!
— И это вас волнует, моя любовь?
— Да. Я всегда буду думать… что мама не одобрила бы такой поступок…
— Сомневаюсь, чтобы ваша мама хотела бы видеть вас несчастной! Я люблю вас! Я так люблю вас, что жизни не пожалею, чтобы сделать вас счастливой.
— Вы не должны… мне этого… говорить. Это нехорошо. Вы же знаете, что я… замужем… и если даже я и убегу с вами, муж не даст мне развода, опасаясь скандала.
— А какое это имеет значение? Давайте уедем, Карина! Ничего, о чем стоило бы жалеть, мы с вами не оставляем. Мы уедем за границу, куда пожелаете. Я хочу о вас заботиться. Элтон мизинца вашего не стоит.
Карина помолчала, глядя на серебристые воды Серпентайны. Лицо ее было печальным.
— Мы не будем… счастливы, сэр Гай, если я совершу такой бесчестный поступок. Я заключила с его сиятельством договор. Он не нарушил свое слово, а я нарушаю свое.
— Что вы имеете в виду?
— Я обещала быть ему покорной и хорошей женой. Я покорная жена, но не… хорошая. Теперь я понимаю, что он был прав, рассердившись на меня. С моей стороны было безумием участвовать в этих скачках в Риджент-парке, чтобы все меня видели!
— Разве это так важно?
— Для него это очень важно. Я должна была догадаться, когда увидела дом в Дроксфорде, что… недостойна жить в таком месте.
— Что за ерунда! — прервал ее сэр Гай. — Это Элтон недостоин иметь такую жену, как вы. Вы совершенно одиноки. Если бы у вас был любящий муж, вы бы не делали ошибок. К примеру, со мной вы бы их никогда не совершали.
Они опять немного помолчали, потом Карина сказала:
— Я польщена, что вы просите меня… убежать с вами, сэр Гай, но я должна остаться… остаться с графом и сдержать свое слово. Я… постараюсь быть ему… хорошей женой. Может быть, когда-нибудь… мне это удастся.
— Что же мне делать? — В голосе сэра Гая слышалось отчаяние. — Я мечтаю о вас! Неужели у вас нет ко мне ни капли жалости?
— Вероятно, это плохо… но мне необходима ваша дружба. Мне очень нравилось кататься с вами, беседовать… даже слушать, как вы говорите о своей любви. Я знаю, что это нехорошо… но если граф меня не любит, ему, наверное, все равно.
Сэр Гай криво усмехнулся:
— Нет, ему не все равно. Потому что вы его собственность. Он владеет вами! Для Элтона вы не человек, Карина, вы просто часть его богатства.
— Почему вы ненавидите друг друга? Расскажите мне, я хочу это знать.
— Хорошо. Думаю, вам следует знать правду.
Сэр Гай натянул вожжи, хотя лошади и так стояли смирно, помахивая длинными хвостами, отгоняя мух.
— Элтон и я выросли вместе, — начал он. — Наши матери были близкими подругами. Мой отец не был богат, и большую часть каникул я проводил в Дроксфорде. Мы одновременно поступили в Итон, вместе жили в Оксфорде. Вместе отмечали дни рождения, делились своими мыслями, переживаниями, словом, были неразлучны. Единственные дети у своих родителей, мы были как близнецы.