Горстка чудом выживших посреди объятой зомбиапокалипсисом страны. Бывший монах, медсестра-некрофилка, качок, подросток, гламурная тусовщица, пенсионерка, девочка с братом-зомбенышем, солдат-срочник… Но есть и еще один. Тот, с кем связана Тайна. Возможно, разгадав ее, выжившие сумеют остановить этот кошмар.
Авторы: Гавриленко Василий Дмитриевич
четвертого этажа — безголовый труп. Мальма тут же принялась обнюхивать его, но Кристина шикнула на собаку и они продолжили спуск.
В подъезде на стене — надпись кровью:
Я ХОЧУ СДОХНУТЬ!
Кристина хмыкнула. Тоже мне, герой. Ты попробуй выжить.
Она приоткрыла дверь и выглянула на улицу, держа за ошейник рвущуюся Мальму.
Серый двор, лужи на асфальте, песочница с забытым игрушечным автокраном, тополя, нахохлившиеся вороны.
Никого.
Кристина вышла, прикрыла дверь.
-Пойдем, Мальма.
Девочка побрела в сторону супермаркета. В животе бурчало.
Супермаркет ‘Семерочка’. Когда-то (кажется, это было в другой жизни) одноклассник Семенов надоумил ее украсть отсюда упаковку жвачки. И воровство состоялось, несмотря на дрожь Кристины, когда она, ничего не купив, проходила мимо кассы. Отдав жвачку Семенову, девочка поклялась никогда больше не участвовать в подобных авантюрах.
На дверях супермаркета — замок.
Кристина почувствовала слабость в ногах и опустилась на холодные ступени.
Замок. Еды здесь нет. Но где она есть?
Вдруг всю еду в городе съели ЭТИ? Вроде Ромика, только взрослые. Зомби.
-Девочка.
Кристина подняла голову. Мальма зарычала.
-Мальма!
Кристина схватила собаку за ошейник.
Стоящий перед ней мужчина улыбнулся.
-Спасибо, девочка.
Одет в синюю изодранную, перепачканную куртку, голова бритая, покрытая кровоточащими царапинами, на носу — треснувшие очки. И да, еще у него не было обоих ушей. Прямо как у Ромика.
-Вы кто?
-Я … выживший, живу вон там.
Мужчина неопределенно махнул рукой.
-А ты чего здесь сидишь?
-Я думала найти здесь еду, — призналась Кристина.
-Думала бахнуть супермаркет? — незнакомец засмеялся. — Ну-ну.
Его смех не понравился девочке. Разило чем-то … мертвенным от этого смеха.
-Проголодалась, значит?
-Да, проголодалась, — тихо проговорила Кристина.
-Мы все тут проголодались, — мужчина сплюнул в лужу, нервно огляделся. — Как началась эта хуета, мы все дико оголодали. Но, послушай, у меня есть кое-что для тебя.
Он сунул руку в карман.
Кристина вскрикнула, увидев в руке незнакомца пистолет. Приподнялась, выпустив ошейник Мальмы.
Ротвейлер с рыком рванулся вперед.
Выстрел.
Кристина закричала, глядя на корчащуюся в агонии Мальму. Мужчина спрятал пистолет.
-Ну, вот и еда.
Дотронулся носком ботинка до головы собаки. Ухмыльнулся.
-А кроме еды мне нужно еще кое-что.
Кристина отступила к двери супермаркета, прижимая Ромика к груди.
Незнакомец наступал.
-Ты, конечно, не женщина, но на безрыбье, как говорится, и рак — рыба. Иди-ка сюда!
Кристина закричала, почувствовав у себя на горле холодные пальцы.
-Да убери ты этого малявку. Кто он тебе — брат? Или может — сын? Такие, как ты рано начинают…
Незнакомец ослабил хватку. Принюхался.
-Вы с ним падалью питались? Ну, понятно. Лишь бы выжить.
Он отступил на шаг и, глумясь, принялся танцевать уродливый стриптиз.
Мама! Мамочка, где ты?
-Я отведу тебя к себе на хату и посажу на цепь.
Глаза Кристины заволокла пелена слез. Ромик зашевелился, взбрыкнул ногой.
Ромик!
Девочка повернула мальчика лицом к незнакомцу, который уже успел спустить штаны.
-Намордник? Что за хрень?
Кристина расстегнула застежку намордника и бросила Ромика прямо на оторопевшего насильника.
Дикий вопль понесся по району, заставляя взлетать с насиженных мест стаи ворон, заставляя скулить бродячих псов, заставляя выживших людей дрожать в своих осажденных зомби укрытиях.
-СУКА -А-А!
Ублюдок отшвырнул Ромика.
Кристина вжалась в холодную дверь супермаркета, глядя, как мечется перед ней человек с напрочь съеденным лицом.
-ААА! СУКА!
Насильник побежал по лужам, высоко задирая ноги. Шагов через двадцать упал.
-Ромик.
Кристина кинулась к брату. Ни на мгновение не опасаясь, что мальчик сделает с ней то же, что с насильником,обняла брата.
Ромик тихо урчал, но не пытался укусить сестру.
-Я больше не надену на тебя намордник, — рыдала девочка. — Клянусь.
Клятву Кристина не сдержала.
Она шла, держа на руках упакованного в намордник брата, пугаясь каждой брошенной машины, каждого дерева и столба.
Теперь она больше боялась людей, чем зомби. Что хотят зомби — понятно, чего хотят люди — нет.
Еду она так и не нашла. Мальма мертва.
Что ей теперь делать? Куда податься?
Вернуться домой, лечь на холодную постель и … И умереть?
Как там было написано в подъезде?
