Бродяга

сместился…
Щит упал до тридцати процентов от нормы. Эти два кочевника, которых я игнорировал все это время, никуда не делись. Ну что же, примемся за них. Они хоть и маневреннее меня в разы и крутятся вокруг словно гончие, но повреждений серьезных нанести не в состоянии, даже щит на ноль свести не получается. Вдвоем это вам не впятером по одной цели отработать. Знали бы вы, для противостояния чему этот корабль подготовлен, свалили бы в ужасе. Снова выбрал одного и сосредоточия на нем весь огонь. Пусть второй пока щит долбит, не под его калибр он делался.
С этим покончил еще быстрее и принялся уже за третьего, когда по внутреннему каналу услышал:
— Эй, на «Скифе », кончай их прессовать, я на абордаж иду…
Дальше все заглушило треском помех заработавшей установки РЭБ. А один из транспортов вплотную сходился для стыковки, подстраиваясь под хаотичное вращение лишенного подвижности вражеского крейсера.
«Скиф » проскочил дальше, а я, злясь и охреневая от такой наглости, неосознанно пробормотал себе под нос на русском:
— Ну, нихрена себе борзота.
Если честно, я бы, пожалуй, сейчас плюнул на то, что тот транспорт в списке дружественных целей, и…
— Оставь его, — услышал по сети голос Тогота, он хоть ничего и не понял, но общую интонацию и тенденции моего поведения угадал верно. — Если победим, он тебе треть стоимости корабля должен будет возместить.
Дружественных маркеров на тактической проекции осталось всего шестнадцать. Остальные либо ушли, как и планировали, на абордаж, либо…
Об этом не стоит сейчас думать.
Немного успокоило, но вот появление поблизости группы из пяти корветов и транспорта меня несколько отвлекло. Транспорт явно с планеты, корветы — конвой. Не надо даже думать, кто на транспорте. Эвакуация такая штука. Значит, дела намного хуже, чем я предполагал. Я до ломоты стиснул зубы. А у нас топлива на обратный переход не хватит.
Послал запрос на идентификацию. Получил ответ, эвакуационный транспорт Бегаза, следуют курсом на ОПЦ. Перевел их в реестр дружественных целей, разослал своим. Это, конечно, их дело принимать или нет, но я надеюсь, таких уродов, которые за счет беженцев поживиться захотят, тут нету.
«Скиф » пристроился в хвост охранения. Атакуют их или нет, но до дистанции прямого разгона перед переходом их проводить стоит. Пока коридор до точки перехода еще свободен.
Я рассматривал обводы транспорта, да, ничего общего с кораблями кочевников. Крупный, немного приплюснутый, так сразу и не скажешь чьего производства, может, своего, а может, и переделка, какая.
Прямо перед взглядом проскочило сообщение, искин сообщил о приближении восьми противников. До выхода к точке разгона оставалось еще прилично, транспорт не успевал. Охранение отвалилось, разойдясь виражами в разные стороны и сформировав боевой порядок, устремилось на противника. Действовали слитно, четко, отработанными маневрами — вояки профессионалы.
Впереди — никого, траектории разгона никто не перекрывал. Еще бы, тут недавно минимум треть нашего флота прошла.
Я заложил разворот и припустил за корветами. Накопитель восстановился, щит тоже. По тактическому каналу льется поток информации об окружающей обстановке. Мне теперь даже сложно представить, как я в госпитале тренажером управлял. Как без всего этого летать-то?
Как только корабли кочевников вошли в зону поражения, корветы, укрывшись щитами, открыли огонь, сосредоточив его на идущем в центре. Те ответили разрозненной стрельбой. Это только на первый взгляд, по факту же щит на втором с правого края бегазийце резко вспыхнул и пропал, не выдержал генератор. Весь огонь сразу переместился на него. Он, выполнив маневр уклонения, перестроился в хвост своим, прикрывшись их щитами. Корветы усилили огонь, пытаясь компенсировать бездействие одной боевой единицы.
Корабли противника ответили тем же. Шансов у вояк не было, при раскладе почти два к одному, да еще и с более тяжелыми кораблями, а значит, транспорту не уйти. Сметут их быстрее, чем тот разгонится до скорости, на которой его не догнать будет.
— Тогот, идем вперед, — в динамиках послышалось тяжелое дыхание, Тер все прекрасно понял, и прекрасно осознавал, чем это грозит. Убить не убьют, даже без щита замучаются броню пробивать, но вот покалечить могут…
А ремонт, что-то мне подсказывает, никто оплачивать не будет. Да и потеря подвижности в той свалке, к которой мы приближаемся, может иметь крайне негативные последствия. Ну да, иначе беженцам не жить…
— Давай Фил, попробуем.
Я снова перевел всю энергию на маршевые двигатели. «Скиф » резко прибавил, занял место