Бродяга

тоже решил поднять градус, вот ведь алкоголик, рука к телу еще толком не приросла, а туда же, спирт хлебать. Короче, началась банальная пьянка. Один я с упорством, достойным лучшего применения, продолжал прихлебывать пиво из полуторалитровой кружки. Банкет ведь я сам из своего собственного кармана оплачивал, нечего добру пропадать. Тем более напиваться в ноль, как это в местных традициях, мне совсем не улыбалось. Скоро уже отчаливать отсюда пора будет, иначе на рейс не успею. Наивно полагать, что безопасники меня не просекут. Просекут, конечно же, на раз-два. Но хоть какая-то свобода маневра у меня, возможно, появится. Тем более, таким образом, я им покажу свое отношение к чрезмерной опеке. Будем надеяться, они не сильно разозлятся.
Пилотов же звали Милан, Телан и Ранм. Причем первые двое были не, только с одной планеты, но и дальними родственниками, вместе поступали в академию, вместе служили уже три года в званиях младших лейтенантов. А Ранм был командиром их эскадрильи в звании лейтенанта-коммандера, непосредственный начальник то есть. Именно его я первым и приложил, и именно он и хотел мне бока намять сразу, как только из тренажера выберусь. Они, как выяснилось, прибыли на флотскую базу после продолжительного отпуска и проходили обязательную медицинскую корректировку организма, метаболизм меняли, если по-простому. У них, у пилотов военных, такие процедуры по уставу положены, в течение недели после возвращения в строй, неважно в какой ты форме.
Ребятами они оказались нормальными, все поняли, сразу обиды забыли. Какие обиды могут быть между флотом и СБ?
Чувствовалась, правда, некая скованность, во-первых, извечная неприязнь флотских к спецслужбам, ну это совсем как у нас, а во-вторых, не очень-то расслабишься, когда рядом с тобой целый полковник Службы Безопасности Империи сидит, у них, как говорится, рабочий день, не нормированный, и отпусков не бывает. А лейтенант он везде лейтенант, свой в доску, пусть и не знают они, что я гражданский до мозга костей, и к службе, даже секретной, совсем не стремлюсь, а звание мне Тиг на время присвоил, чтобы им так обидно не было.
Пока народ завел беседу о чем-то своем, украдкой выпил алкоголеблокатор из универсальной аптечки. Я ее еще в магазине раздербанил, как раз на предмет чего-то подобного. Подействовать таблетка должна была только через десять минут, и их надо было чем-то занять, потому что пиво в меня уже не лезло, а поход в туалет я оставил как предлог смотаться, решил просмотреть потраченные за сегодня средства. Да… восемьдесят семь штук как с куста. И ничего, в общем-то, не растранжирил, все на нужные вещи потратил, можно даже сказать, на инвестиции — в себя.
Ну что же, четыре с копейками тысячи до Фолка, там парочку до Ариэля, это конечная точка моего, который я сам себе наметил, маршрута, пункт назначения, так сказать. А там посмотрим, как жизнь пойдет. Судя по моим данным, уровень пилотирования у меня уже четвертый, а я еще ни одной базы не изучил. Наймусь пилотом в корпорацию какую-нибудь. Хоть и долгов на мне почти с миллион кредитов, но катастрофическим недостатком пилотов во фронтире и с их тамошними заработками, думаю, даже за четыре года рассчитаюсь. Если раньше не убьют. Хотя если меня убьют, возврат денег станет совсем не моей проблемой. Банк, например, страховку уже с меня списал. Думаю, и СБ-шники не пропадут, не тот профиль.
Ну, вот и настал тот момент. Я поднялся, пожал всем руки, они рукопожатиями в повседневной жизни не пользуются, только при знакомстве, чем вызвал легкое удивление публики. Закинул на счет компании еще немного денег, и уже совсем трезвый, но слегка пошатываясь, направился в туалет, а оттуда прямиком на стоянку такси. Как и предполагал, там, как и всегда по вечерам, стоял дежурный флаер. Забираясь в салон, притормозил немного, окидывая прощальным взглядом корпуса флотского госпиталя, в котором я провел первые свои два месяца и пять дней в этом мире. Люк захлопнулся, машина понеслась в небо.

Орбитальный лифт представлял собой незабываемое зрелище гигантской трубы, уходящей в небо, по которой вверх и вниз движутся восемь не связанных между собою платформ. Причем пассажирских из них было лишь две, на одной из них я сейчас на орбиту и поднимался, прилипнув к панорамному окну. Внимания на меня совершенно не обращали ни служащие, ни редкие в это время пассажиры, привыкли, наверное. А я не мог оторвать взгляд от величественно открывшейся панорамы облаков, в короне света заходящей за планету звезды. Вот какие мысли поэтические это зрелище вызывает! Если бы не светофильтры, лечить бы мне роговицу.
Остальные шесть — грузовые.