Наш современник яхтсмен, путешествуя по Белому морю, попадает в шторм и после удара молнии переносится в 17 век… Век великих свершений будущего императора российского Петра 1. Произведение этого автора походит на изделия известного принтера самиздата Александра Абердина. Его главный герой так же отличается нереальной производительностью и трудолюбием. Чайные клипера, стальные пушки, восстание из праха ганзы — все это ждет читателя на просторах сей книги.
Авторы: Кун Алекс
смешивается со сжатым воздухом из компрессора, и на вход двигателя поступает просто нагретый до трехсот градусов воздух, смешанный с выхлопными газами, на такой смеси нашим коловратникам работать даже комфортнее, чем на перегретом паре.
Вторая седмица прошла в пробах автоматики топливоподачи. Жуткая отсебятина, но «барометрические» коробки, управляющие клапанами расхода воздуха и топлива обеспечили в итоге относительно устойчивую работу. Только резко менять обороты двигателя было нельзя, устройство могло только плавно набирать или плавно их сбрасывать. Любые резкие движения с топливоподачей срывали факел и «глушили» двигатель.
Усложнили себе жизнь, попробовав перейти на жидкое топливо, что привело к дополнительным сложностям. Мало того, что воздух внутри жаровой трубы шел под приличным давлением, и жидкость в него приходилось впрыскивать еще большим давлением, так еще проблема распыления топлива форсункой нашими мастерами еще не исследовалась в полном объеме – ее решили для котлов канонерок и катеров, и на этом успокоились. Но там условия эксплуатации гораздо «комфортнее».
Тем не менее, доработанные форсунки от катера с доработанным плунжерным насосом от него же – дали первые результаты. Двигатель запускался на жидком топливе. Только запускался много хуже, чем на газе.
Раскуривая трубку, смотрел на очередную сценку «от винта!». Подмастерья наматывали на ведущий шкив двигателя веревку, бодро рвали «стартер», поминая нечистого, и вновь наматывая веревку. Процесс затягивался, но продолжал быть интересным, огонь, вода и работа подмастерьев в нем присутствовали. Еще бы кружечку горячего сбитня, и плед на подмерзшую спину, и будет из меня правильный руководитель. Может, все же, пожертвовать один электродвигатель для раскрутки прототипа? Жаба внутри отрицательно покачала головой и с интересом продолжила наблюдать за работой подмастерьев.
Третья седмица экспериментов с двигателем стала завершением карантина. Сорок дней, считая от ухода из Асады, прошло, и настало время подводить итоги. На дворе девятое декабря, прохладно, но не хуже петербургской осени. Рецидива эпидемии не возникло, хотя несколько «дристунов», переевших свежих продуктов, пару раз вгоняли меня в дрожь. Месяц экспериментов заметно уменьшили наши запасы оборудования, но немножко увеличили знания о мире. Появилась уверенность, что на силовые машины вицеимперии нам понадобиться в четыре раза меньше стали, чем на Российские паровики аналогичной мощности.
Что касается итогов по самим силовым машинам, то до этого было еще далеко. Промежуточным итогом можно считать, что схема работает. Более того, в отдельное устройство, жаровую трубу, мы вынесли все быстро изнашивающиеся элементы. Судя по журналу опытов, коловратники изнашивались даже меньше, чем при работе с перегретым паром, а сама жаровая труба, устройством получилась простым, и легко заменяемым. Увеличение срока ее службы станет отдельной задачей, но уже сейчас можно эксплуатировать прототип «как есть», меняя жаровые трубы каждые двое суток эксплуатации. Топливная арматура и системы запуска еще требовали солидных доработок, но на газу установку можно уже запускать, существенно упрощая мобильные энергостанции.
Главным итогом карантина можно считать взбалтывание «болота», затягивающего в рутину нашу экспедицию. Болото радостно забулькало пузырьками идей, мастера живчиками забегали, генерируя свежие мысли, порой далекие от прототипов. Вечером вновь начали собирать «посиделки» с обсуждением идей и планов.
На берег пролива высадилась масса людей, с подорванным духом, а ныне в заливе работал сбитый коллектив, искрящийся энтузиазмом. Бог с ним, с двигателем, его еще делать и делать – но активизация берегового наряда стоит едва ли не больше нашего прототипа.
Да что далеко ходить. Мне самому удалось слегка встряхнуться, забыв за работой об остром недостатке всего, что только можно придумать. Теперь стало интересно приспособить, кудалибо, новое творение. Для чего напрячься и организовать всю ту же металлургию, верфи, станки, заводы. Всегда легче работать не только ради идеи, а для конкретных дел, которые можно потрогать своими руками, а не ручонками далеких потомков.
Десятого декабря мы спустили желтые флаги, подняв триколор вицеимперии. После чего начали лихорадочно наводить лоск в рабочем поселке и на стройках. Не надо было иметь великий ум, чтоб ожидать, вскорости, визита царевича, инспектирующего Саверсе.
Алексей прибыл пятнадцатого, то есть, сразу по получению весточки о снятии карантина. За время инспекции царевич поостыл, и мне досталась легкая головомойка, завершившаяся глубокой мыслью,
