Наш современник яхтсмен, путешествуя по Белому морю, попадает в шторм и после удара молнии переносится в 17 век… Век великих свершений будущего императора российского Петра 1. Произведение этого автора походит на изделия известного принтера самиздата Александра Абердина. Его главный герой так же отличается нереальной производительностью и трудолюбием. Чайные клипера, стальные пушки, восстание из праха ганзы — все это ждет читателя на просторах сей книги.
Авторы: Кун Алекс
к «Долине». Название у поселка пока было неофициальное, просто несколько раз упомянул про «кремниевую долину», и прижилось, как не странно, именно «Долина», а не «Кремниевый».
На берегу нашу лодочную эскадру уже встречала жиденькая линия поселенцев. Большая часть охраны ушла на промысел, так как припасы заканчивались, а когда привезут свежие, никто не ведал. Надо связью обзаводиться.
С этого вопроса и начал. Пока новые жители «Долины» присматривались к своим хлипеньким домикам – терзал двоих студентов, спрашивая с них исполнение моих заказов.
На одном студенте, усиленном мастеромэлектротехником с двумя подмастерьями, висела электромашина высокой частоты. Не надеясь быстро решить вопрос с кремневыми полупроводниками – вернулся к идее электромашинного передатчика. Все свои идеи по этому поводу разрисовал еще год назад, и теперь хотелось глянуть, что получилось.
Получилось сплошное разорение. Столько запоротых образцов, сколько мне, с гордостью, продемонстрировала бригада «вандалов» – не видел даже в начале экспериментов лаборатории Вавчуга.
Студент с мастером наперебой рассказывали, от чего им пришлось отказаться, а что подает надежды. В частности, получить стабильную частоту от паровой турбинки, как изначально и планировал, у них не вышло. Жаль.
Зато студент привязал к передатчику одну из моих лекций по маховикам, и применил магнитную подвеску вертикальной оси. Теперь передатчик выглядел как колонна высотой в полтора метра и диаметром в полметра.
Вместо одного диска ротора, использовалось пять, сдвинутых по «фазе». Но изюминкой этой колонны стал последний каскад – усилительный. До этого не додумался – целиком заслуга мастеров, которые с жаром мне вещали, что вот тут угольные трубочки пришлось добавить, чтоб всплески гасить, вот сюда столбики наших медных диодов, внизу так просто медная болванка для сохранения момента вращения, так как при возбуждении генерации, обороты падали.
В результате, вышла вполне законченная конструкция, при девяти тысячах оборотов выдающая сигнал мощностью два с половиной киловатта и частотой сто шестьдесят килогерц.
Модулирование несущей частоты голосом осуществлялось через угольный микрофон и еще один электромашинный усилитель, сидящий на общем валу с передатчиком. Хотя, модуляция убивала дальность связи примерно вдвое.
Но самое паршивое, что передатчик диапазона длинных волн требовал здоровенных антенн. Те же полторы сотни килогерц соответствовали длине волны в два километра. Считать длину волны просто – скорость света и радиоволны равны примерно тремстам тысячам километров в секунду. Вот и делим эти триста тысяч на сто пятьдесят тысяч частоты. Получаем два километра, что и является длиной волны. И антенну желательно такой же длины.
Единственной лазейкой, через которую можно сбежать от огромных размеров, является возможность принимать и передавать радиосигнал через полу и даже четверть волновые антенны. Однако, даже в этом раскладе необходима антенна длиной пятьсот метров.
Собственно, постройкой этого монстра и занимались подмастерья. Точнее, не столько занимались, сколько лоботрясничали, ибо строительный материал для вышек тек тоненьким ручейком, а вышек требовалось много. Минимум десяток, чтоб поддержать «плеть» антенны, натянутой параллельно земле.
Зато место для антенны студент подобрал удачное, на длинном гребне холма вдоль побережья. Даже домик радиостанции в основании антенны построили, и ветрогенератор подняли. Можно сказать – дело за малым.
Похорошему, надо еще одну антенну класть поперек первой и будет полуволновой диполь. Но для начала хватит и берегового сегмента. Надеюсь, наплыв людей и материалов позволят построить антенну быстро. А на будущее надо разработать стандартные башенки, и установить антенны во всех фортах.
Оставив обрадовавшихся пополнению радистов, заглянул во вторую лабораторию. Тут дела шли скромнее. Над заданием трудился второй студент, тот самый, который логику Лейбница мне растолковывал, и один подмастерье ему в помощь.
Задача перед ними стояла почти академическая. Разработка цифровой связи. В смысле, создание устройств, аналогичных усложненному телеграфу, способных кодировать и декодировать буквы и цифры в двоичные импульсы.
Дела у «компьютерщиков» шли менее бойко, чем у радистов – задание дал чересчур сложное. Мне хотелось, чтоб в лаборатории стояли четыре комплекта, соединенных одним проводом, и могли общаться между собой, отправляя и принимая сообщения адресно.
Вот с адресностью и были проблемы. Биты и байты среди «компьютерщиков» в ходу были уже давно. Таблицу символов закодировали еще в Московской
