Наш современник яхтсмен, путешествуя по Белому морю, попадает в шторм и после удара молнии переносится в 17 век… Век великих свершений будущего императора российского Петра 1. Произведение этого автора походит на изделия известного принтера самиздата Александра Абердина. Его главный герой так же отличается нереальной производительностью и трудолюбием. Чайные клипера, стальные пушки, восстание из праха ганзы — все это ждет читателя на просторах сей книги.
Авторы: Кун Алекс
цифры, даже в случае закрепления тросов за гондолы двигателей, имитируя тягу двигателей. Усложнение условий опытов, имитирующие отказ одного двигателя на взлете, показало недостаток управляемости самолета рулями направления. Пришлось ломать голову над увеличением площади рулей, так как подобная ситуация может сложиться и на взлете с земли. Если бы дело только о воде шло, добавил бы просто центральному поплавку обычное перо руля.
Кстати, шасси для самолета, попрежнему оставались «белым пятном». Изначально предусматривалось трехточечная конструкция с передним колесом. Два основных колеса убирались в боковые поплавки, переднее, в носовую часть центрального поплавка.
Колеса изготавливались из широкого, стального обода, скрепленного со втулкой многочисленными спицами. Вес колес получался значительным, но гарантированно выдерживающим четыре тонны, то есть вес самолета с учетом двойной перегрузки при грубом приземлении.
Уборка шасси в поплавки тримарана требовалась для нормального приземления на воду и снег. Сесть с торчащими, неубирающимися, колесами на воду, а тем более на снег, чревато не только срезанием всех выпирающих частей, но и капотированием, то есть, кувырком через нос.
Пока убирающиеся колеса проходили испытания на отдельной раме и результаты не радовали. Убирались и выпускались шасси винтовыми штангами, путем вращения одного штурвальчика, как было, в свое время, на истребителях И16. Вот только схема, вместе с пружинными амортизаторами, выходила либо излишне тяжелой, либо ломалась, когда раму, загруженную мешками с песком, сбрасывали с высоты пары метров.
Пока мастера искали «золотую середину», наш макет вообще обходился без колес, путешествуя по земле на приставных монстрах от армейских понтонов. К слову, на таких колесах самолет было даже удобнее сталкивать в воду и вытаскивать на берег, жаль, что подобные шасси физически не впихнуть в корпус.
Для подвески макета, на холме, именуемом в быту «Воздушным», создавалось второе коромысло. Длиннее и массивнее своего младшего брата. Если уточнять про холм, то полное его название звучало как «Воздушная забава», но в этом случае настаивал, чтоб прижилось именно первое слово, а не второе.
Перед подвеской к коромыслу модели самолета проверили прочность конструкции испытательным грузом, и только потом закончили монтаж второго «аттракциона». Испытать сразу новое развлечение не удалось, хоть и очень желалось. Особенно некоторым. Подвеску делали, согласно правилам безопасности, при штиле. Затем пошел дождь, что являлось в этих землях редким явлением. Потом закрутили дела.
Сильный ветер разгулялся только в середине апреля, но пока он был порывистый, проводить пробы не хотелось, а ровный ветер задул далеко не сразу. Зато первые «подлеты» макета собрали почти всех поселенцев. И чего они хотят от «лабораторных работ»?
Первым делом испытывали подъемную силу закрылков, «поднимая» ими самолет и замеряя подъемную силу динамометрами, чтоб потом пересчитать ее на силу ветра и сравнить с расчетами. Сразу шлепнулись «мордой в грязь». Выпущенные вместе с закрылками элевоны, при некоторых углах отклонения ручки, приобрели тенденцию к «реверсу» рулей. Вместо того, чтоб выравнивать крен, они его усугубляли. Обидно. Но хорошо, что это выяснилось на стенде, а не в полете. Пришлось уменьшать углы отклонения элевонов и модернизировать управление ими. Подозреваю, если первый же эксперимент принес подобные результаты – нас ждут веселые времена.
Нырнув с головой в работу над интересными проектами, не обращал внимания на происходящее вокруг. Между тем, работа поселений не ограничивалась рацией и самолетом. Вокруг активно бурлила жизнь, канонерки прошлись еще одним походом вдоль берегов, развозя припасы и сплетни. Даже «Искупление», под командой старпома канонерки, дошло до Саверсе и вернулось обратно. Надо было медаль старпому вручить, но подвиг прошел буднично, и «Искупление» тихо ушло в Асаду. Жаль, что не поговорил с новым капитаном.
Лодочный флот Алексии пополнился двумя катерами с газовыми коловратниками, вроде как предназначенных для лабораторных испытаний, но немедленно зажатых рыбаками – так как катером эти кораблики назывались весьма условно, больше относясь к классу больших баркасов или малых траулеров.
Радисты установили второй опытный образец передатчика на канонерку, и развлекались составляя карты связи, в остальное время, собирая и налаживая передатчик для форта Росс. Морской передатчик отличался от наземного только карданным подвесом, призванным защитить вращающиеся детали от качки. Пожалуй, отличался передатчик еще и здоровой табличкой, приклеенной к корпусу,
