Наш современник яхтсмен, путешествуя по Белому морю, попадает в шторм и после удара молнии переносится в 17 век… Век великих свершений будущего императора российского Петра 1. Произведение этого автора походит на изделия известного принтера самиздата Александра Абердина. Его главный герой так же отличается нереальной производительностью и трудолюбием. Чайные клипера, стальные пушки, восстание из праха ганзы — все это ждет читателя на просторах сей книги.
Авторы: Кун Алекс
священников, считающих кофе «черной кровью мусульман» и придающих его анафеме.
Доставлять потребителю можно только зеленые, аккуратно подсушенные, зерна, обжаривая и перемалывая их на месте. После обжарки, кофе сохраняет вкус буквально несколько дней, а если его еще и помолоть – то несколько часов. Этот нюанс слегка снижал стоимость «товара» для поставщика, но оставлял некоторое пространство для маневров со вкусом зерен. Например, можно возить зерна в бочках изпод вина, меда, или прочих пахучих веществ, добиваясь оригинальных привкусов к напитку.
Можно еще растворимый кофе выпустить, из зерен не прошедших основной отбор. Деловто – заварить кофе, и полученный, фильтрованный, отвар выкипятить до порошка. Нюансы есть и тут – выпаривать надо не перегревая жидкость, чтоб не испортить окончательно и так не самый насыщенный вкус растворимого кофе, а значит, вакуумом или распылением в потоке сухого воздуха.
В любом случае, проверить все наши придумки пока не представлялось возможным. Деревца плантаций едва переросли высоту колена и обещали не скоро дать материал для экспериментов. Пока все кофейные изыски сводились к нескольким пробным посадкам саженцев на различных почвах и местах в округе. К одному деревцу пришлось даже несколько часов добираться, поднимаясь на гору и прорубая заросшую тропинку. Выглядел саженец забавно – в солидной загородке, около которой стояли две хижины «сторожей», оберегающих тоненький «прутик» c десятком листьев. Хорошо, что рабочая сила нам тут дешево обходится.
Посетили плантацию еще одной перспективной для местного климата культуры – какао. Тут дела шли еще хуже, чем с кофе. Семена мы привезли пересушенные, и взошли только четыре деревца из полусотни. Да и взошедшие выглядели хило – с них даже опасались отстригать веточки на расплод. При плантации какао стояли привычные две хижины, и аборигены, чтоб не тратить зря время, ковырялись на большом поле батата, вскопанном ниже по склону от загородки какао. Судя по ковру лиан, сопутствующему вызреванию сладкого картофеля – батата будет много, а вот какао увидим нескоро.
С сахарным тростником дела обстояли значительно лучше. Рос он бурно, но долго. По методике мальтийцев уборку тростника следовало начинать, когда он переставал расти ввысь. Обычно это занимало менее года. Но на Гаваях процесс растянулся, и рост культуры все никак не мог остановиться. С одной стороны – больше вырастет, больше сока из него выжмем. С другой – хотелось быстрее получить результат.
Пока тростник тянулся к солнцу, посадки расширяли, отстригая от растущих кустиков молодые плети, и пересаживая их на расчищенные площадки. Тутто и пригодились выменянные на лезвия аборигены. Гавайцы, в отличие от индейцев, работали на полях довольно охотно. Большая часть полевых работ лежала на женщинах, согласно местным укладам, но расчищать поля от леса считалось мужской работой. Словом, трудились все, и довольно бодро.
Не дожидаясь окончательного созревания, срезали несколько самых толстых стеблей тростника, для проверки технологии переработки. Попробовали маленький давильный пресс, который имелся в комплекте форта, но результат вышел весьма средний. Гораздо лучше дела пошли, когда использовали элемент прачечной – двухвальную отжималку для белья. Пропуская стебли через нее несколько раз, отжимали много зеленоватого сока с пенкой. Жидкость можно было пить сразу – она напоминала сладкий березовый сок. Но по технологии ее следовало выпарить, добавив золы для осаждения органических соединений. Некоторые сложности образовались с выпариванием – жидкость густела и начинала пригорать к котлу. Пометил у себя в «заказах» необходимость поставки на Гаваи вакуумного выпаривателя. Точнее, некоторого подобия этого устройства. Оно и для производства растворимого кофе пригодиться. Заодно разрисовали с хозяйственником все оборудование для переработки тростника, кофе и какао, дав поправку на ожидаемые объемы. Предпочтение отдали нескольким небольшим заводикам рядом с плантациями, планируя постепенно распространить экспортные культуры на все острова.
Пока спорили о технологиях «светлого завтра» – сахар получили доморощенными средствами – сушкой загустевшей жидкости на солнце. Процесс долгий и требует много места и парочки детей, отгоняющих насекомых. Конечный продукт вышел коричневым, и не таким сладким, как мне помнилось – но хозяйственник форта успокоил, что так и должно быть.
Может и хорошо, что с уборкой урожая не торопимся – не готовы мы пока стать солидными экспортерами сахара, кофе и шоколада. Курам на смех все эти котлы, сушильные противни, соскребание коричневой массы и подгорелый вкус. Рано на все это безобразие ставить
