Наш современник яхтсмен, путешествуя по Белому морю, попадает в шторм и после удара молнии переносится в 17 век… Век великих свершений будущего императора российского Петра 1. Произведение этого автора походит на изделия известного принтера самиздата Александра Абердина. Его главный герой так же отличается нереальной производительностью и трудолюбием. Чайные клипера, стальные пушки, восстание из праха ганзы — все это ждет читателя на просторах сей книги.
Авторы: Кун Алекс
и победу отмечали с размахом, благо «губернатор» вернулся вместе с царевичем на канонерке.
Порадовался дружеским отношениям царевича с вождем. По возрасту они близки друг другу, боевое братство и все такое. Наверное правильно, что меня отстранили от этого процесса.
Праздник затянулся. Новых «дровишек» в него подбрасывали возвращающиеся партиями каноэ победителей, привозящие богатые трофеи, порой похрюкивающие, а порой и стенающие. Хрюкающих, приглашали к столу, стенающих в хижины, и праздник продолжался с новой силой. Попытки пригласить стенающих к столу, в качестве блюда, пресекли на корню, обозвав их пережитками прошлого. Батюшка даже крестом вроде когото отходил, поминая всуе такое, что даже мне неудобно стало.
В целом, праздник удался. Гавайский ритуальный мордобой приобрел новые краски, в нем появились понятия «стенка на стенку» и «подручные средства». Несем цивилизацию в народ, словом.
Шезлонг пришлось уступить царевичу, и поручить гавайкам при форте, плести новые пляжные конструкции. К нашему следующему приезду, надеюсь, тут станет все как надо, в том числе и плетеные зонтики. Привезу абсорбционный холодильник для льда, и будет первая заготовка курорта вицеимперии.
Отдыхали еще четыре дня. Команде канонерки следовало дать время перед очередным рывком через океан. Лично у меня отдых уже поперек горла стоял, но пришлось делать вид, что никуда не тороплюсь.
За время отдыха царевича, вытянул из него подробности эпопеи. Деталями Алексей делился нехотя, сам понимая, где он накосячил, и не особо желая слышать разбор ошибок от меня. Но куда он денется против «цивилизованного» подхода?! У меня не только шезлонг с зонтиком для него заготовлен был, но и несколько симпатичных гаваек в «пляжных» нарядах с подносами сока и опахалами из листьев. Еще массажу их обучу, и разговорим даже камень.
Как выяснилось, особой тактикой проведенная кампания не страдала – били в лоб и давили силой. Разве что использовали в полной мере эффект неожиданности, не дав соединиться «армиям» разрозненных деревень.
Как и боялся – многих воинов противника упустили в леса и получили партизанские столкновения. Придется чуть подправить историю для потомков, дабы царевич выглядел орлом, на белом коне. А самому орлу подробно объяснить, что он не так летает и дышит.
Только 4 июля канонерка собралась продолжить свой транстихий переход. Но у погоды имелось свое мнение по этому поводу. Налетевший шквал задержал наш выход еще на один день, и только пятого числа после обеда мы отчалили, под звон маленького колокола отстроенной церквушки, залпы канонерки и выкрики аборигенов.
Океан встретил успокаивающимися волнами прошедшего шторма и сильным ветром. Канонерка, приклонившись на левый борт, продиралась на северозапад, набирая широту и уходя подальше от экватора.
Прошли мимо северного острова гавайского архипелага, оставляя его по правому борту у горизонта. С интересом рассматривал арену следующей кампании «губернатора». Гористое у него, в следующем году, дело намечается.
К слову о вожде – после праздника победы была церемония, около отстроенной церкви, повышения его в звании до «наместника». Теперь у нас будут четыре губернатора на островах, три десятка мэров и один наместник, управляющий всем этим бедламом. Не скажу, что вождь с радостью пошел на новую должность – лидером одного племени для него быть привычнее. Но уломали. Под это дело пришлось усилить гвардию наместника экипажем морпехов.
Моя жаба билась в конвульсиях. Люди утекали как вода в песок. Большую часть материалов и инструментов, привезенных с собой, мы израсходовали, и теперь перед экспедицией замаячили призраки «заброшенных заводов». На верфях стоят корабли, для которых нет экипажей, поселки строят дома, в которых некому жить. В Саверсе этим летом так и не начали работу два из пяти паротягов, так как некому их было водить и обслуживать. Очень уж «на вырост» мы отстроились. Похоже, «разбор полетов» надо проводить не только для царевича, но и для меня.
Переход к Цусиме прошел буднично. Забравшись повыше на широту, мы обошли большинство погодных неприятностей, немного теряя в скорости, но приобретая спокойствие. Жизнь на борту постепенно вошла в размеренную колею, сдабриваемую только байками в каюткомпании о прошедших баталиях. В них противники множились от рассказа к рассказу, и вскоре количество аборигенов на атакованных островах явно превысило население России. Штуцера начали стрелять очередями, а морпехи выглядели гигантами, способными носить на себе центнер боеприпасов.
Про боеприпасы не шучу. Так как было скучно – при всех провел счисление их расхода согласно прозвучавшей байке и продемонстрировал
