Наш современник яхтсмен, путешествуя по Белому морю, попадает в шторм и после удара молнии переносится в 17 век… Век великих свершений будущего императора российского Петра 1. Произведение этого автора походит на изделия известного принтера самиздата Александра Абердина. Его главный герой так же отличается нереальной производительностью и трудолюбием. Чайные клипера, стальные пушки, восстание из праха ганзы — все это ждет читателя на просторах сей книги.
Авторы: Кун Алекс
с себя все подготовительные операции. Но подготовку дерева и железа на меня повесили. И понятное дело, мои корабельные мастера. Выторговал под это дело еще процентик с барышей. Строят эллинги пускай сами.
А вот с Соломбальской верфью вышла заминка. Купцы общались с двинским воеводой Апраксиным. Он уперся и не желал терпеть на порученной ему государем верфи никаких кумпанств. Полномочий у него не меньше, чем у меня, так что в лоб вопрос не решался. Купцы пробовали обычными русскими средствами, но, наверное, предлагали мало.
Задумался о другом месте. Верфей на Двине было много, практически у каждого прибрежного селения стояла небольшая верфь. На островах у Холмогор верфей было особенно много. Но вот рассчитаны они были под маленькие кораблики и монстра на них сделать можно только огромными издержками.
Прикинул издержки. Купцы замерли, наблюдая за моими лихорадочными набросками прямо на полях эскизов. Увеличивались затраты на строительство, а главное, на подвоз всего необходимого минимум на тридцать процентов. Пояснил уважительно замолчавшим купцам ход размышлений. Решили торговаться с Апраксиным до половины этой суммы. И на переговоры отрядили меня. Ну почему снова меня?! А отпуск? У меня там шимоза в проекте, в Вавчугу хочу!
К воеводе поехал с купцом Шапкиным, считающимся одним из самых влиятельных купцов гостиной сотни. По дороге Шапкин рассказывал, что Федор Матвеевич род свой от татарского мурзы ведет и привычки татарские имеет. Так что разговор предстоит очень длинный и ни о чем, торг тоже надо вести с перерывами, перемежая их байками и восхвалениями. Жуть какая, и что, нам у него зимовать теперь? Однако управились еще до ужина. Шапкин был шокирован моим началом беседы, сразу после слов приветствий:
– А что, Федор Матвеевич, дошли до меня слухи, что волю вы царскую не справляете, и как мне о том Петру Алексеевичу прикажете вскоре докладывать?
– То наветы, князь Александр, все порученное царембатюшкой сполняю!
– Отчего же наветыто, Федор Матвеевич? Государь указал нам флот торговый строить, а вы купцам в том отказали. Они за деньги кумпанства эллинги на Соломбальской верфи ставить хотят, а вы им препятствия чините. И о том бумага у меня есть, Федор Матвеевич.
– Помилуйте, князь! Ну какие из купчишек наших корабельные строители! Да у меня на верфи иностранные мастера корабли ладят, по лучшим прожектам новоманерным.
– Федор Матвеевич, купчишки эти, как вы изволили выразиться, по моим чертежам и моими мастерами корабли строить собрались. И о том моя подпись на прожектах была. И корабль по прожектам моим только что государев заклад отыграл. Так что мне государю докладывать?
Додавили. Были еще пляски вежливости и намеков влезть в долю. Зеленая и пупырчатая выглянула из глубин моей души, посмотрела на меня осуждающе и отрицательно покачала головой. Посыпал пупырчатую белым пухом человеколюбия, отчего у нее округлились глаза окончательно, и загнал обратно на дно души. Долю дали, но символическую.
Шапкин всю обратную дорогу крестился и причитал – нельзя же так с воеводойто, ой нельзя. А помоему, неплохо поговорили, поделовому. Отправил Шапкина выправлять документы для кумпанства, надеюсь, окончательный вариант. Признаться, так и не знаю, как они это делают и где регистрируют. На то Осип с Федором есть.
Вот теперь быстро уехать не получится. Надо с мастерами Соломбальской верфи общаться.
Вечером посидели с Осипом. Он красочно и в лицах рассказывал про аукцион. Похоже, купцы нашли новое развлечение. Только в другой раз надо охраной все помещение утыкать, так как до оскорблений и бород дошли на первом же лоте. Все перипетии было скучновато слушать, фразы типа «а он сказал… тогда этот, как даст…» были лейтмотивом. Да и не настолько хорошо знал купцов, как местных, так и иностранных, чтобы понимать суть закручивающихся интриг. Поэтому и поручал аукцион Осипу. Больше итог интересовал.
Но Осип рассказывал, не забегая к последней страничке детектива, и пришлось слушать. Все же конец у этой истории настал, и подвели итоги. Продали, разумеется, все, кто бы сомневался. Денег выручили больше, чем рассчитывали. На одних зеркалах подняли больше стоимости «Орла». И почти двадцать тысяч поднял на ставках. Общая сумма не дотянула до сотни тысяч, как я втайне надеялся. Но теперь могу расслабиться. На пару лет у меня есть что тратить.
Из линии доставки выжал все, что мог. Подвоз сырья будет теперь увеличиваться медленно, так как все, что мог, на себя уже перебросил, теперь остается дожидаться увеличения объемов добычи, раз появился такой ажиотажный спрос на сырье. Но это долго. Время заканчивать с архангельскими делами и посмотреть в сторону дарованного Урала. А то
